Моя сокровищница. Нет, в той области были все сокровищницы драконов, о которых я более-менее знал. Там была и моя сокровищница, и это в это посвящать я не планировал никого.
— Безопасность. Для себя, своих мужей и моих людей. Я не смогу защитить их одна, — её голос дрогнул, выдавая нервозность.
О чём она беспокоится? И почему её мужья так важны? Разве они не просто рабы?
Я снова пропустил часть разговора, пока не услышал:
— ...драконов для хозяйственных нужд...
Что?
Кто вообще согласится на такое? Драконы — существа гордые, благородных кровей. Они не станут таскать камни или рыть землю. Я едва сдержал саркастическую усмешку. Хотя... если подумать, у меня действительно пара молодых драконов-сорванцов, которым не помешало бы прочувствовать тяжесть труда.
Но затем она произнесла то, от чего я чуть не поперхнулся:
— Я хочу расторгнуть брачный договор с графом де Шароном.
Её губы, такие мягкие на вид, выговорили это так легко, будто речь шла о смене перчаток.Она не знает.Не знает, что я и есть граф де Шарон.Внутри меня дракон взревел, яростно протестуя против самой мысли отпустить её. Что с ним? Он её впервые видит, а уже ведёт себя как кот, трущийся о ноги хозяйки!
Король, поняв ситуацию, едва сдерживал смех. Он отошёл к окну, скрывая улыбку.
— А вдруг вы ему понравитесь? — я бросил это со всем сарказмом, на который был способен.
Она была права в одном — я не собирался жениться на ней из-за любви. Долг. Деньги. Мои деньги, спрятанные в той самой сокровищнице.Но когда она заикнулась о попытке отравления, дракон внутри меня взбесился. Я чувствовал его ярость, желание вырваться и сжечь всё на своём пути. Годы тренировок помогли сдержаться, но едва.Я тоже хотел их растерзать.Когда она ушла, кабинет вдруг стал пустым, а тишина — давящей.
— Думаю, нам стоит согласиться, — наконец произнёс отец, всё ещё глядя в окно. — Ты её не любишь, а остальное можно прописать в договоре.
— Отец, это не лучшая идея, — я выпалил, прежде чем осознал свои слова. — То есть... надо обдумать детали.
— До утра есть время, — в его глазах снова вспыхнуло любопытство. — Подумай... хорошенько подумай. Возможно, это лучшая жена для тебя.
— Арр! — я прорычал, сжимая кулаки. — Договор выгоден, даже больше, чем мы рассчитывали. Но ладно... отложим до завтра.
Я резко развернулся и вышел, едва не хлопнув дверью.
В зале мой взгляд сразу выхватил Фенрира.Пора прояснить кое-какие детали.
— Что ты знаешь об отравлении твоей любимой Элионоры? — рыкнул я, при встрече.
Фенрир побледнел, будто его облили ледяной водой.
— На слуге ментальная блокировка, — ответил он, нервно потирая виски. — Лучшие маги копались в его сознании... ничего. Только следы мощного воздействия.
Его пальцы сжались в кулаки.
— Но её новый раб... этот блохастый оборванец, что она выкупила у Иванки... Голос Фенрира дрогнул. — Он успел. Чуть позже — и...
— Приставь к ней охрану. Невидимую. И отправь отряд в её поместье — пусть следят за всеми.
Он кивнул и исчез в коридоре, а я...
Я не вернулся на бал.Настроение было испорчено всеми этими событиями, решил принять душ и, наверное, отдохнуть. Я отправился в свою комнату, быстро скинул одежду и залез в ванную.
Горячая вода обжигала кожу, но не могла смыть напряжение. Капли стекали по лицу, смешиваясь с потом. Я закрыл глаза — и сразу увидел её.Элионора.Её смех. Дрожь ресниц. То, как изумрудное платье облегало бедра...
Что, чёрт возьми, происходит с моим драконом?
Он ворочался внутри, будто проснувшийся вулкан.
Я выключил воду, резко вытерся — и тут...
Чёрная дыра развернулась прямо за моей спиной. Ледяные щупальца магии обвили талию, таща назад.
— Чёрт!
Я едва успел накинуть полотенце на бёдра, как пространство сжалось...
...и выплюнуло меня прямо перед ней.
Она лежала в постели, слегка сонная и уставшая. Но даже в этом состоянии её волосы на подушке красиво развевались, создавая соблазнительный образ, несмотря на домашний халат.
"Сон… всё сон…" — её шёпот дрожал, словно она пыталась убедить в этом саму себя. Глаза, широко раскрытые, скользили по моей фигуре — от мокрых волос, падающих на лоб, до полотенца, едва прикрывающего бёдра.
Я почувствовал, как в груди дракон забился в экстазе, а в уголках губ заплясала ухмылка.Она думает, что я всего лишь мираж. Ну что ж…
— А что бы ты хотела сделать со мной…? - голос прозвучал бархатисто-опасно, как шелест шёлка перед ударом когтей.
Она замерла. Потом — неожиданно резко — приказала:
— Сядь на колени.
Кровь ударила в виски. Первородный дракон — на коленях? Но прежде чем я успел возмутиться, из глубины сознания донёсся низкий рык: