- Знаешь, если бы ты сразу забыл о Бриджит — я бы очень сильно разочаровалась. А теперь убедилась что права, решив связать свою жизнь с тобой. Как только вернешься из рейса — пойдем и сделаем то, к чему так долго готовились. Зря, что ли, я девичник устраивала?..
Они уселись за стол и начали неторопливо завтракать, а через четверть часа разъехались каждый по своим делам.
Вечером красный «Гелендваген» Джинджер уже давно стоял под навесом, когда Алекс аккуратно припарковал своего «Буцефала» рядом и пошел к дому. Джек бдил на пороге веранды, и когда Алекс приблизился к дверям, гавкнул и побежал к углу дома. Там он остановился, посмотрел на хозяина и снова гавкнул. Зовет за собой, что ли?
За домом, на топчане возле бассейна лежала Джин, сегодня опять надевшая купальник желтого цвета. Тень от зонтика закрывала ее полностью — не нужно ей сейчас загорать на солнце.
- Вот и я!
- Отлично, через час или два будем с тобой обедать... или ужинать? - отозвалась она. - Привезла кое-что, пока в холодильник поставила. Давай, переодевайся и ныряй в бассейн.
Алекс вышел из дома и с разбега прыгнул в прогревшуюся за летний день воду. Спустя несколько минут вылез и попытался расслабиться в кресле возле бассейна. Чуть было не задремал, но Джинджер плеснула на него водой, так что пришлось снова нырнуть в бассейн и гоняться за ней. Конечно же, не смог догнать, пока она сама не остановилась и не обняла его:
- Все, пора заканчивать купание, у нас еще ужин впереди!..
Вслед за ней Алекс выбрался из бассейна, вытерся, надел домашнюю одежду и приступил к приготовлению ужина. Сегодня нужно всего лишь разогреть стоящие в холодильнике «заготовки» и накрыть на стол. Пока Джинджер переодевалась, затем сушила волосы, он успел почти все сделать и начал тихо напевать себе под нос:
Снова туда, где море огней,
Снова туда с тоскою своей,
Светит прожектор,
Фанфары гремят,
Публика ждёт,
Будь смелей, акробат...
Джинджер тихо прошла по коридору и остановилась, не заходя на кухню. Этой песни она раньше не слышала, но слов понимала больше половины, так что смысл был понятен.
Со смертью играю,
Смел и дерзок мой трюк.
Всё замирает,
Всё смолкает вокруг.
Слушая скрипку,
Дамы в ложах вздохнут,
Скажут с улыбкой -
Храбрый шут...
Судя по всему, Алексу опять предстоит какое-то сложное и довольно опасное задание, о котором он не хочет подробно рассказывать, чтобы не беспокоить ее лишний раз. Заботливый какой!..
Устал я греться
У чужого огня,
Но где же сердце,
Что полюбит меня.
Живу без ласки,
Боль свою затая,
Всегда быть в маске -
Судьба моя... [31]
Вот, опять он про любовь!.. Кстати, что он имеет в виду, когда поет о «жизни в маске»? То, что у него с Бриджит не было безумной страсти — это совершенно точно. Брак по расчету? Скорее всего, да... Но почему тогда он до сих пор иногда называл ее имя по ночам?.. Или она использовала его, а он и не догадывался? Или догадывался, но терпел?.. Для чего, почему?.. Есть мысли, но их лучше оставить при себе...
- Интересная песня, - решила высказаться Джин. - Голос, конечно, не для оперы, но слух у исполнителя определенно есть, и пел очень душевно. Тебя вроде раньше на классические произведения не тянуло?
- Да что-то настроение сегодня для такой музыки, вот и вспомнилось.
- Ты там что-то пел о «жизни без ласки», а я думаю, что зря жалуешься. - Тут она с хитрым прищуром посмотрела Алексу в глаза. - Или мало вчерашнего сеанса интенсивной терапии с Эвой?
- Песня не потому вспомнилась...
- А, это про «жизнь в маске»?
- И поэтому тоже.
- Надеюсь, сегодня мы с тобой разрешим этот вопрос, и некоторые другие заодно...
Алекс только сейчас рассмотрел, что на ней было надето: обтягивающее темно-красное платье-«перчатка», оставляющее открытыми плечи, внизу длиной примерно до середины бедер, и туфли на каблуках весьма приличной высоты. Надо же...
- Сегодня мы отмечаем какой-то праздник, а я и не в курсе, наверное?
- Я хочу, чтобы этот вечер для нас обоих стал праздничным.
- Как скажете, леди Гордон, как скажете...
Стол был накрыт не «по-королевски», с торцов стола, так что уселись поближе, разделенные не очень широкой столешницей. Букет стоял сбоку, и его аромат до сих пор не ослабел.
Ужинали молча, только смотрели друг на друга и улыбались. Наконец, Алекс не выдержал: