На утро я подготовила сумку с амулетами, свитками, кристаллами, травами и различными мелочами для подготовки. Ну и конечно надела артефакт Рилла. Мало ли что еще взбредет в голову огневику.
Сначала девочка была в восторге, когда я научила ее ставить экранирующий купол. Пока что он получался хлипкий, как мыльный пузырь, но начало положено. Даже если он и был одноразовый в ее случае, но уже спасал. Как минимум комнату от возгорания. Тем не менее, обучение было решено перенести в отдельную просторную комнату на первом этаже. Самое тяжелое было смириться с замашками девочки. Такими были например, как закинутые на стол ноги, полное нежелание убирать за собой что-либо, включая материалы для занятий. Мне припомнили, что заниматься ее воспитанием и манерами не моя забота, я обязана только учить магии, чтоб ученица не разнесла особняк. Это мне напомнил ее отец, работавший так же в комнате, где занимались. В один момент девочка начала хныкать отцу, что устала, я попыталась усадить ее за теорию. На что огневик слушала меня все так же закинув ноги прямо в ботинках на стол, развалившись в кресле и скрестив руки на груди.
Так прошла первая неделя. Девочка то и дело проверяла границы дозволенного, ссылаясь на отца по любому поводу. Хозяйку дома, что привела меня сюда, я так и не увидела. Заметив, что материал ученица воспринимает из ряда вон плохо, решила задействовать конспекты. На вопли и попытки меня испепелить припомнила, что в академии на первых курсах не будет практики совсем и ей нужно привыкать. Огневик согласилась и даже ровно села за стол, но я слишком хорошо узнала ее, чтоб понимать тот факт, что она не собирается писать. Так и случилось. Вобрав ракурс так, что отец не видел ее действий, девочка просто сидела за столом и ухмылялась. Что ж, будем хитрить и мы. Зафиксировала ее тело тенью, выпрямив спину, полностью контролировала действия. Глаза полные ужаса, но сама она со стороны выглядела абсолютно спокойно. Сидит, конспектирует то, что диктую. Способ, применяемый в академии, как раз на первом курсе, чтоб заставить работать таких, как она. Это у меня только одна ученица, а у магистров целый поток адептов и никакого желания церемониться с каждым.
– Вам не кажется, что пора прерваться на обед? – подал голос гном, покосившись на часы.
– Да, мы как раз оформили тему, – и в это время отпустила тело девочки. – Тебе нужно будет до завтра выучить то, что написала.
– ТЫ!!! Да ты... Да как ты... – не могла найти подходящие слова огневик, наконец получившая доступ к воле.
– Вы. Мы это с тобой проходили, – ответила холодно и ровно.
– Отец! Она заставила меня писать!
– Ну… да, я видел. Выглядело восхитительно. – и вышел из комнаты первым.
– Напоминаю, выучить тему. Иначе завтра придется писать заново.
Глава 2 Дело жизни
Корабли без капитана, капитан без корабля,
Надо заново придумать некий смысл бытия.[17]
Как и следовало ожидать, избалованный подросток мне так это не оставила. Когда же мы вернулись после обеда обратно в кабинет, огневик демонстративно сожгла исписанный пергамент на глазах у меня и своего отца. Плавали, знаем. Не на ту напала. Все стабильно и ожидаемо. Многие себя именно так ведут на первом году обучения. Особенно если росли в таких тепличных условиях. Дальше все шло как по нотам.
– Приступим к практике, – продолжила я, словно ничего и не произошло. Тем временем легко прошла в ее поле и перекрыла поток силы. Полностью его вырезать смертельно для мага, особенно если дар у него с рождения. Поэтому просто поставила небольшие заглушки сверху и снизу. – кинь в меня файербол, полый внутри, как мы рассмотрели. Обращаю внимание, что сверху необходимо удержать экранирующую сферу.
Огневик развалилась в кресле, как всегда, закинув ноги стол. Ехидно ухмыльнувшись, щелкнула пальцами, намереваясь вызвать чистое пламя. Выпала искра и больше ничего. Девочка попробовала еще раз и еще. С каждым разом искры от пальцев отходили все слабее, а в глазах появлялся все больший ужас. В панике она начала сводить пальцы двух рук вместе, а после и вовсе сложила ладони так, словно держала шарик. Я видела, что с каждой попыткой поток девочки иссякал. Скоро начнет мерзнуть.
– Пааап... – она смотрела то на меня, то на отца, чуть не плача.
– Что-то случилось? – оторвался гном от бумаг и поднял на нас глаза.
– Я не могу колдовать...