— Ну? Ты собираешься отвечать мне или нет?
Роб обратил и внимание, и взгляд на жену, которая пришла в себя настолько, чтобы нахмурить лоб и сощурить глаза. Он мягко улыбнулся ей в ответ.
— Потому что я так захотел.
— А сначала у меня спросить не захотел? — продолжала Джейн.
— А ты спросила у меня, прежде чем потратила на сумочку чуть ли не месячную зарплату?
— Это другое, — ответила Джейн небрежно. Или смущенно?
— Ничего подобного. Это абсолютно то же самое — мы оба действовали под влиянием момента. И ты сама сказала недавно: половина денег — моя, так что, если ты такая мелочная, можешь вычесть эту сумму из моей половины. И хватит об этом, — опять улыбнулся Роб, — я так голоден, что не могу ни о чем говорить. Что бы ты хотела на ужин?
Джейн сидела на диване и смотрела на экран телевизора, однако ничего не видела. Головная боль у нее прошла, но голова по-прежнему кружилась — не от алкоголя, а от событий последних нескольких часов.
При обычных обстоятельствах она бы пришла в ярость, узнав, что Роб потратился на другую женщину, а тем более на женщину, которая ей, Джейн, не нравилась. Да и как ни крути, две с половиной тысячи — это огромная сумма, особенно учитывая тот факт, что за годы их брака муж ни разу не дарил ей ничего, кроме роз с клумбы перед гаражом, да и то лишь в тех случаях, когда напортачит больше обычного. Очевидно, за всем этим что-то стоит, но что именно — Джейн даже думать не хотела. И спросить у Роба она не могла, так как позволила ему занять позицию морального превосходства, где муж расположился с комфортом и надолго.
Но ее нынешние обстоятельства обычными не назовешь. Джейн была даже рада, что Роб поздно отправился в «Джордж-парк» и, значит, и вернется позже обычного. У нее будет время поразмыслить не только над тем, что она уже натворила, но и над тем, что предпринять дальше. Проблема заключалась в том, что Джейн не представляла, что ей еще делать, кроме как надеяться на лучшее.
Глава тридцать вторая
Роб поочередно посматривал то на балансовый отчет клуба, то на свежую турнирную таблицу лиги. Он был весьма доволен собой.
Из двух сфер деятельности Купера больше заботило положение в лиге, так как результаты игры практически не зависели от него. Однако Гэри отлично выполнял свою работу: на данный момент, когда половина сезона была позади, при условии, что никаких срывов не случится, двенадцатое место в таблице не могло не радовать глаз. Что касается очков, а ведь только очки имеют значение в футболе, цель была достигнута.
С финансовой точки зрения дела обстояли еще лучше. Можно смело сказать, что Роб поставил клуб на ноги, если принять за данность, что до конца сезона ни землетрясение, ни ураган не разнесут стадион в клочья, хотя именно этого он желал в глубине души, как ни парадоксально. Продажа Уэббера, а также повышение доходов от рекламы сделали свое дело. Очень помог и тот факт, что билеты почти на все игры были распроданы еще с осени, и все благодаря спектаклям Роба, разыгрываемым на трибуне в дополнение к самим матчам.
Если что-то и беспокоило Роба, так это то, что фанатам «Сити» слишком уж сладко жилось. Как минимум, у них появилась возможность регулярно отводить душу на матчах, издеваясь и понося своего нового президента.
И это не осталось незамеченным болельщиками «Юнайтед», включая отца Роба и его так называемых приятелей, которые непрерывно бомбардировали Купера упреками за то, что он никак не может выполнить свое обещание — превратить сезон в мучение для вражеских болельщиков.
Конечно же, они правы, Роб знал это лучше других. Беда в том, что он так занят решением остальных задач, что вынужден отложить мучение фанатов на потом. Возможно, настало время заняться ими вплотную. Но как?
Несмотря на всю свою ненависть к врагам, даже Роб понимал, что, преодолев половину пути к цели, было бы глупо совершать что-либо, ставящее под угрозу успех всей затеи, и потому игровую сторону дела трогать не следовало. Аналогичным образом обстояла ситуация с администрацией стадиона. Сотрудники более-менее привыкли к новому президенту — почему бы и нет, ведь им не грозило увольнение по условиям завещания, да и клуб пошел на подъем. В общем, Роб решил не портить с ними отношения. Тем более рабочий процесс наладился настолько, что Купер сократил свое присутствие в клубе до трех дней в неделю плюс матчи на выходных. Свободное время он употребил на то, чтобы поближе познакомиться с компанией, также доставшейся ему по наследству, а еще на игру в гольф. Вообще-то Роб всегда считал гольф недемократичным и крайне утомительным видом спорта, но ему весьма понравилось это занятие. Он пропадал на поле все чаще и чаще, и прежде всего потому, что мог там укрыться от безумия, царящего в «Джордж-парке».