— Что? — огрызнулся я, поворачиваясь к отцу. Он мог пытать меня, чтобы получить информацию, да, но лишить меня крыльев?
Он бы не стал.
Хантир молчала, и я почувствовал, как от нее исходит еще больший страх.
— Покажи. Мне. Свою. Магию.
Глаза Хантир теперь блестели от паники. Ее взгляд скользил от моего отца ко мне, к лезвию, которое теперь заигрывало с плотью чуть выше моей левой лопатки.
Не сломайся, Охотница. Не сейчас. Они блефуют.
Она переступила с ноги на ногу. Ее дыхание сбилось.
Мрачный, хаотичный смех отца пронзил меня до глубины души. — Кто бы мог подумать, что новая королева империи Скарлата настолько бессердечна, что позволит отрезать от тела ангела его самое ценное достояние? Возможно, я ошибался на твой счет.
Я затаил дыхание, но почувствовал, как облегчение Хантир пронеслось во мне.
— Хотя если ты действительно никогда не заботилась о моем сыне, то в любом случае не будешь возражать против того, чтобы он остался без крыльев.
Нет.
Лузеяр поднял меч.
Я посмотрел на Хантир и послал ей последнюю волну обожания, поглотившего меня, послал ей все добрые мысли и любящие эмоции, которые у меня остались, чтобы она не чувствовала такой боли, которая вот-вот разорвет меня на куски.
Хантир закричала.
Меч пронзил воздух.