Черти. Тот факт, что где-то здесь обитают настоящие вампиры — не те непонятные кровососы, которых я убивала сотни раз, — приводил меня в ужас.
Но в то же время в животе образовалась пустота, от которой я никак не могла избавиться.
— Забудьте о вампирах. Когда мы научимся связывать себя? — спросил Райдер, небрежно постукивая карандашом по столу. — Нам это понадобится для финального теста, верно? Не лучше ли научиться как можно скорее?
Связывать себя?
— Не сейчас, — заявила директриса, сузив глаза на его карандаш, который тут же перестал двигаться. Она подняла подбородок. — Мы научимся связывать себя узами, когда вы будете готовы, а никто из вас не готов. Сначала вы должны научиться контролировать свою магию.
— Что за узы? — заговорила Эшлани. Фейри в передней части аудитории рассмеялись, а остальные выглядели такими же непонимающими, как и мы.
Директриса закатила глаза, прежде чем снова обратиться к классу. — Это способ разделить магию между двумя душами. Когда вы должны использовать магию, чтобы спасти себя или свой народ, но вы недостаточно сильны, чтобы овладеть ею в одиночку, узы позволят вам разделить это бремя с другим. Многие студенты решают связать себя узами перед финальным испытанием, хотя это и не обязательно.
— Что это значит? — спросила соседка Эшлани. — В смысле, что происходит во время связи?
— Наверное, многое из того, что вы себе представляете. Помимо доступа к чужой магии, вам будут передаваться их мысли, их эмоции. Многие студенты должны уже иметь отношения с тем, с кем они решили связать себя, иначе ментальный обмен становится слишком сложным для контроля.
Интересно.
Лорд ничего не говорил мне о связи. Может, потому что знал, что я никогда ни с кем не свяжусь.
А может, он и не знал об этом.
Я выбросила эту мысль из головы. Лорд, казалось, знал все о Мойре и Золотом городе. Конечно, он знал, что мне придется связать себя с другим, если я хочу выжить. Он верил, что я сделаю все, что потребуется, чтобы выполнить свою миссию.
Нога Лэнсона выскользнула и коснулась моей, достаточно непринужденно, чтобы никто не заметил. Или чтобы я подумала, что это случайность.
— Хватит об этом, — объявила директриса. — Как я уже сказала, мы узнаем больше об узах, когда вы будете готовы. А пока сосредоточимся на основах.
Мы просидели в классе весь проклятый день. Я изо всех сил старалась запомнить все, что говорилось о магической системе, о том, как она используется в Золотом городе. Вульф сидел и молча слушал рядом со мной, не утруждая себя записыванием, но при этом внимая наставнику с шокирующим почтением.
В отличие от других засранцев-фейри в комнате, включая Райдера и Эспека.
Когда занятие закончилось, Вульф практически спрыгнул со стула в коридор.
— В чем проблема этого парня? — прошептал мне Лэнсон, глядя ему вслед.
Я пожала плечами. — Если ты это выяснишь, я буду рада узнать.
— Я умираю с голоду, — подхватила Эшлани. — Пойдемте, поедим.
Я схватила сумку и перекинула ее через плечо, стараясь не морщиться от нарастающей боли в теле. Слава богу, сегодня был только учебный день. От одной мысли о том, что сегодня мне придется участвовать в спарринге с кем-то еще и принимать удар за ударом, пока весь двор будет наблюдать за этим, мне становилось дурно.
С этим я разберусь завтра. А сегодня я могла расслабиться и поесть с Эшлани и Лэнсоном.
Мы были в двух шагах от класса, когда кто-то врезался в меня сзади, крутанул и прижал к стене коридора с такой силой, что я увидела звезды.
— Куда это ты собралась, маленькая крыса?
Глава 10
— Какого хрена ты делаешь? — прорычала я. Райдер со всей силы прижал меня к стене, его мерзкие ногти впились в кожу на моих запястьях.
Эспек сделал то же самое с Эшлани, а чтобы удержать Лэнсона, потребовалось еще два фейри-громилы.
— Вы издеваетесь надо мной? — закричала Эшлани. — Я голодна! Отпустите меня!
Раны на моей спине заныли от давления веса Райдера, прижатого ко мне. С каждой секундой я чувствовала, как кожа на моих ранах трескается все больше и больше, снова уничтожая прогресс, которого я добилась в исцелении.
— Когда в следующий раз я скажу тебе сдаться в драке, — прошипел Райдер, выплевывая слова мне в лицо, — ты сдашься. Поняла?
Я должна была отступить. Я должна была опустить подбородок, вывернуться из его хватки и сказать все, что он хотел от меня услышать.