– На Варварином.
– Так разве ей его еще не оторвали?
- Это другая Варвара, госпожа, с носом. Хорошая.
– А без носа плохая, что ли?
– Любопытная, – вновь округляя глаза трагическим шепотом возвестила Мила.
Нос Авроры пока еще был на месте. Вот только хорошей она себя не чувствовала давно и точно. Пару дней назад в придуманном братцем графике ее нянек вновь случилась пересменка и они с Нелу смогли улизнуть из госпиталя пораньше, чтобы проникнуть в вампирский квартал. Радка провожала их взглядом наполовину подозрительным, наполовину завистливым.
Аврора не знала, чего именно ожидала, но точно не подобия их же обеденного зала в крепости, только меньше, темнее, у́же. Множество арок соединяли десятки проходов и закутков, через одни проемы растянулись пошлые бордовые гобелены и черные драпировки, через другие – непорочные белые вуали, третьи гордо прикрывали плохо обтесанный камень, едва-едва оплетенный ползучими вьюнками. Большие горшки с растениями создавали уголки уединения в этом открытом месте, скамьи и кушетки занимали и люди, и вампиры, которые без всякого насилия разговаривали, смеялись, спорили.
Комнатки для более близкого общения, как назвал их Нелу, находились наверху. В залах же с арками не происходило ничего настолько порочного, как успело придумать ее воображение. Теперь собственные сны казались куда греховнее, чем квартал, который придумали вампиры. Бывало, взгляд натыкался на гостеприимно отставленную шею и властно смыкающуюся руку. Но, как оказалось, вампиры очень ревностно относились к еде, а потому добыча быстро утаскивалась наверх. Причем добыча та была, как правило, прикрывшая глаза, разомлевшая, хихикающая.
Те, кто уже спускались, выглядели порочнее всего, что здесь происходило. Одежды смяты, волосы растрепаны, губы красные и припухшие, а шеи – нередко искусанные. А уж глаза сияли как драгоценные камни на продажу. Но, вот странность, чистые-чистые, без единого пятнышка кровинки на робах, платьях или открытой коже ключиц и запястий.
– Добру никто не позволит пропадать, – кивнул на ее наблюдения Нелу.
– Тебе нужно… наверх?
Аврора поежилась, представив, что останется тут одна, но Нелу только нахмурился.
– А тебе?
– Ничего не чувствую, – покачала головой.
Врана здесь точно не было. Как и всегда в последнее время, она и сама не знала, расстроило ли ее это или порадовало. Наблюдая, как какая-то особенно откровенная вампирка буквально зализывает захмелевшего от восторга парнишку-человека, Аврора подумала, что больше первое.
– А я как будто… – Нелу повертел головой по сторонам, высматривая что-то или кого-то.
За порядком в квартале по очереди смотрели два вампира, приставленные Враном лично. В тот день, видимо, сходу заприметив сковавшую ее деревянность, к ним незаметно подобрался сзади один из них.
– Приветствую.
Сердце Авроры подпрыгнуло прямо до потолка и уперлось в горло. Закашлялась, резко оборачиваясь.
Напротив, чуть выдвинув вперед подбородок, расслабленно стоял невысокий, буквально на один ноготь выше нее, парень. Лицо у него было совсем юное, смуглое, разлет бровей смутно напоминал не то Дмитрия, не то Генри, глаза за зеркалами вечности точно должны были быть темными. Обратили кого-то местного? Никогда до этого Аврора не встречала подтверждение тому, что кто-то из их княжества пополнил вампирское гнездо.
– Спас! – воскликнул Нелу, словно его и искал, тут же хватая ладонь парня и потрясая, совсем не смущаясь отсутствия ответной реакции.
Хотя нет, уголки губ вампира едва-едва поползи вверх, а в глазах мелькнула темная вспышка. Угадала с карими глазами, получается.
– На самом деле меня зовут Стефан.
Нелу закатил глаза и с намеком сказал, глядя на Аврору:
– Меня он спас. Спас, понимаешь?
То есть, этот вампир перетянул на себя нездоровую связь Нелу с какой-то вампиркой.
– Не знаю, благодарить вас за это или распять, – ровно выдала Аврора.
– Не обращай на нашу Аврору внимания, – Нелу помахал руками, а потом обнял ее за плечи, притянув к себе и жестко зафиксировав. – Язык без костей.