– Какой еще укольчик?! – воскликнула Аврора, звонкое эхо перепуганным зайцем забилось по стенам пещеры.
Крайний зашипел и прижал ладони к ушам, раскачиваясь на корточках и что-то мыча. Господи, да он же только казался нормальным, а на самом деле был таким же сумасшедшим, как и все другие вампиры без собственного гнезда!
Помотав головой из стороны в сторону и вздрогнув совсем как пес, смахивающий дождевые капли, Дору приподнял уголки губ и поднял ладони, явно стараясь выглядеть дружелюбно.
– Ты не бойся, отвык я от звуков. Один давно. Так меньше… дикую. Укольчики сделаем вот этими вот клыками, – он приподнял губу и на ее глазах удлинились два белоснежных острых клыка. – Пара глотков крови, и владыка примчится сюда. Мне всего лишь нужно переговорить с ним.
– Все это ради того, чтобы встретиться с Враном? – злым шепотом спросила Аврора. – Ну и постучался бы к нему в гости, у него в квартале даже комната своя есть, не знаю, смотрящего спросил бы об аудиенции. Я-то тут каким боком?!
– Нужно, чтобы он увидел, что нам можно дать шанс, – упрямо проговорил вампир. – Так просто с нами никто не разговаривает, неблагонадежные элементы, что уж. А я покажу, что и мы можем контролю научиться. Я не хочу вечность скитаться изгоем без роду и племени. А ты – рядом побудешь, поддержишь.
Если бы его чудесный план не включал в себя Аврору, она бы точно прониклась и пожалела и его, и всех других крайних, и даже сама попробовала послать через Нелу весточку Стефану, а от него – Врану, о невинных страдальцах. Но этот крайний хотел использовать ее!
– Ты уже так делал? Останавливался?
– Да. Я тренировался. Целый год не марал руки кровью. Ну, покойника, – уточнил Дору, с какой-то гордостью выпятив грудь. – Понимаешь теперь? Я смогу остановиться. Один маленький укус. Даже не в шею, скажем, в запястье? Или в лодыжку, зализывать не буду, не по-мужски это все, тут уж меня никакая поддержка от твоего владыки не спасет, так что выбирай с умом.
Несколько раз зажмурившись и снова открывая глаза, Аврора так и не смогла проснуться. Но ведь это так глупо! Чья-то дурная шутка, какой-то бездарно придуманный кошмар с сердобольным крайним.
– Дору, миленький, – из горла вырывались не звуки, истеричные хрипы, но она упорно пыталась понять этого психа. – Ты мне объясни, что тебе это даст? Ну выпьешь ты моей крови, причем же здесь Вран?
Дору чисто вампирским жестом склонил голову набок и долго рассматривал ее. Наконец, сказал, медленно проговаривая каждое слово:
– Он не сказал тебе? Как только образуется связь, вампир чувствует своего человечка.
– А зачем ему это говорить, если никакой связи нет? – Аврора по привычке хотела всплеснуть руками, но удалось только плечами поводить вверх-вниз.
По пещере пронесся ужасающий рык. Казалось, только несколько мгновений назад она слышала точно такой же от Врана, но даже тогда была уверена, что она в безопасности, он не причинит ей вред. «Физический – точно», – хмыкнула израненная душа. От этого же рыка хотелось бежать без оглядки как можно дальше.
– Для крайнего я – ангел терпения, – сквозь зубы прошипел Дору. – Но и у меня сорвет крышу, если еще врать вздумаешь. Ты же вся насквозь провоняла их гнездом. Ты и твой дружок. Я долго наблюдал за вами.
– Но мы, правда, не связаны, – зашептала Аврора, подаваясь вперед и закатывая вверх глаза. – Проверь сам, ну же! Под моими веками нет серебра.
Как ни старалась, не смогла сдержать дрожь, когда Дору своими острыми треугольными когтями потянул сначала правое нижнее веко, потом левое. Опустив глаза, увидела, что его брови сошлись на переносице.
– Ничего не понимаю, – он шумно обнюхал ее, не обращая внимания на вырвавшийся позорный писк. – Ты точно пахнешь им. Ворон – твой, я же сам видел. И все это без связи?
Вампир отстранился, вскакивая на ноги, и принялся нервно вышагивать по пещере. Пробормотал:
– Да быть такого не может.
Еще походил. Приблизился к ней опять и вдруг спросил странное:
– Какого цвета у него глаза?
Нахмурившись, Аврора вдоль и поперек крутила вопрос, пытаясь угадать подвох, но так ничего и не скумекала. Не хотелось зря нервировать этого дикаря.