Столь же большие надежды возлагал на нового министра и сам Фёдор Тютчев (в ту пору он уже отошёл от дипломатической службы, с Горчаковым они не были друзьями, но всегда оставались единомышленниками и сохраняли добрые отношения). Тютчев писал ему: «Более чем кто-либо вы — человек необходимый, человек незаменимый для страны... Но что действительно тревожно, что плачевно выше всяческого выражения, — это глубокое нравственное растление среды, которая окружает у нас правительство и которая неизбежно тяготеет также над вами, над вашими лучшими побуждениями».
Георгий Чичерин: «Основной принцип, краеугольный камень всей политики кн. Горчакова: служить исключительно русским интересам. «Русская кровь принадлежит России; ваше величество, употребите силы страны только для служения её интересам», докладывал кн. Гончаров императору Александру II (I860, пёр. с фр. Г.В. Чичерина). Несчётное число раз в документах Министерства иностранных дел повторяется это основное правило политики кн. Горчакова...
Следующее его требование: не превышать своих сил. «Мы слишком часто, и не особенно давних делах, о которых и прискорбные последствия ещё не успели изгладиться, смешивали свои пожелания со своими действительными силами», — писал кн. Горчаков гр. Киселёву 5 мая 1858 г., «Невозможно, чтобы этот тяжёлый урок был дан Проведением для того, чтобы остаться бесплодным происшествием в наших летописях». Наконец, вследствие отречения от обязательных догматов, кн. Горчаков требовал для России сохранения свободы Действий».
Здесь весьма уместно сказать об адресате Горчакова: граф Павел Дмитриевич Киселёв был одним из выдающихся деятелей России минувшего века (сегодня о нём мало знают, что несправедливо). Патриот, глубоко образованный человек, участник Отечественной войны, он уже в 816-м подал Александру I записку о скорейшей отмене крепостного права; эти усилия он настойчиво предпринимал и во всё время долгого царствования Николая I — тщетно. Горчаков, сменив Нессельроде, решительно стал освобождаться от его приспешников, заменяя их людьми патриотическими и дельными. На ключевой дипломатический пост посла в Париже был назначен уже в 856-м немолодой — шестидесяти восьми лет от роду — граф Киселёв. Человек он был самостоятельный и сильный, и Горчаков мог вполне на него положиться, ибо их объединяло главное: общее понимание задач, стоящих перед Родиной.
Известно, что выдающиеся руководители всегда привлекают к себе талантливых решительных помощников, доверяют им на свой страх и риск вести важнейшие дела. И напротив, руководители слабые подбирают себе исполнителей по собственной мерке. Вспомним, какой блестящей плеядой окружён был Пётр Великий и какие тёмные ничтожества клубились вокруг Николая I; по Сеньке и шапка... Конечно, Горчаков не был Петром, размах его деятельности куда меньше, но он исходил из тех же принципов и сразу же стал подбирать соответствующих помощников.
Скажем ещё лишь о двух, наиболее ярких. Александр Генрихович Жомини был сыном наполеоновского офицера, коменданта Смоленска в 812-м. Затем он перешёл на русскую службу и стал одним из ведущих наших военных теоретиков (это о нём говорилось в знаменитой поэтической шутке: «Жомини да Жомини, а об водке ни пол слова...»). Сын его, Александр Генрихович, с молодых лет служил на дипломатическом поприще, во время Крымской войны участвовал в важнейших переговорах, где и познакомился с будущим канцлером. Они сошлись во взглядах на внешние задачи России, и в 856-м Горчаков назначил Жомини старшим советником МИД. По сути он стал его личным порученцем.
Выбор оказался правильным: сорокалетний дипломат обладал не только большим опытом, но и сильным литературным талантом: он составлял и редактировал все важнейшие документы Министерства, а Горчаков, соученик Пушкина, очень ценил качество слога в дипломатии, он понимал, что это есть не только деловые документы, но имеющие также общественное воздействие («пропагандистское», как сейчас бы выразились). Горчаков в полном доверии проработал с Жомини вплоть до своей отставки. Кстати, советник министра оставил ряд мемуарно-исторических сочинений о Крымской войне; написанные очень живо, они давным-давно не переиздавались, что несомненно следует сделать.
Георгий Чичерин: «Ближайший сотрудник кн. Горчакова во всё время его управления был старший советник Министерства бар. А.Т. Жомини... Человек самых привлекательных личных качеств, образованный, с тонким и впечатляющим умом, он особенно славился как стилист. Большинство дипломатических циркуляров в управлении кн. Горчакова составлены бароном Жомини, он умел облекать мысль Правительства в осторожную дипломатическую форму. Будучи близким к кн. Горчакову лицом, бар. Жомини научился ценить лучшие его качества, и между ним и князем установилась крепкая связь взаимного расположения. И после смерти кн. Горчакова бар. Жомини выступал в печати защитником его личности и памяти».