-- Виктория, Виктория, ты никогда не исправишься. Я ведь уже сказал тебе, есть ли у меня ребенок, нет ли, роли не играет. Найдется – получит свою долю, нет – деньги будут переданы благотворительным фондам, занимающимся вопросами усыновления детей. К этим деньгам ни ты, ни твой сын отношения не имеют. Что попусту сотрясать воздух. Но я твое любопытство удовлетворю. Нет, я не нашел, более того, я не искал. Потому что все это бесперспективно. А теперь позволь нам заняться нашими проблемами, тебя они не должны волновать. Иди, пообщайся со своим сыном. Что-то я его давно возле тебя не видел. Никак образумился и от материной юбки оторвался, -- говоря это, Алексей взял под руку супругу и вывел в прихожую, несмотря на сопротивление. Но Виктория, видимо, просто не могла оставить его наедине со мной, потому что, отпихнув охрану, вновь ворвалась в кабинет.
-- Давай-ка, Ксения, прогуляемся по саду, здесь нам не дадут поговорить, -- Алексей, не глядя на супругу, вывел на этот раз уже меня из кабинета. За нами пристроились двое охранников, отгородив нас от Виктории. Мне это ее поведение показалось довольно странным. Так афишировать свою ревность, думаю, я бы не стала. Тем более, что у нее есть более конкретные предметы для проявления этого чувства.
В саду мы устроились в деревянной резной беседке, увитой плющом.
-- Рассказывай, с чем пришла. Виктория последние дни, особенно после оповещения завещания, словно с ума сошла. Как будто не знала, что мать ее видеть не может, а уж ее сыночка и подавно. Еще тот говнюк.
-- Алексей, ты считаешь, что вся эта заварушка не связана с наследством?
-- Была бы связана, все бы уже разрешилось. Завещание прочитано, изменить уже ничего нельзя…
-- Может быть, это козни настоящего наследника твоей матери. Прости, что я так бестактно лезу не в свое дело. Для Липы ты, конечно, настоящий наследник ее дела. Я имею в виду ее родного ребенка. Может быть, он зол на мать…
-- Ага, и потому угробил старую женщину. Да я своими руками его разорву… -- я никогда не видела своего приятеля в таком состоянии. Всего несколько слов, и он вскипел от ненависти. В этот момент он точно смог бы убить того, кто погубил Липу. Не знаю, как он отнесется к тому, о чем я его попрошу. Но только Алексей сейчас в силах мне помочь. И я рассказала о том, что меня мучило.
К моему удивлению, приятель вполне адекватно отреагировал на просьбу и сразу же отдал приказ одному из сопровождающих заняться этим делом. Потом заговорил о дочери. Заверил, что делается все для того, чтобы девочки оказались на свободе. Разработана операция по их освобождению. Подробности не уточняются, чтобы сведения раньше времени не стали известны непосвященным. Спасибо и на этом.
Я попросила разрешения побыть в этом импровизированном штабе. Идти домой сейчас, когда там нет Ирки и Леры, слушать стоны и жалобы брошенного Барбоса, вспоминать о маленьком Чейзе, его проказах и о том, как играла с ним Ирка, я была не в силах. Мне сейчас надо быть на людях. Так легче перенести неимоверно длинные часы ожидания.
Даже не думала, что моя просьба узнать, какова дальнейшая судьба Веры Безродной, будет выполнена так быстро. Буквально часа через два ко мне подошел один из помощников господина Лепилова и передал сообщение. Вера Безродная в двадцатилетнем возрасте вышла замуж за Виктора Иващенко. Семья переехала в Симферополь. Через год у молодой четы родился мальчик. Назвали его Вадимом. Три года назад мать с отцом погибли при невыясненных обстоятельствах. Вроде бы угорели. Вадим вел разгульный образ жизни. Менял девушек, ни на одной не останавливая свое внимание больше двух-трех месяцев. Предпочитал, чтобы женщины содержали его, выполняли все прихоти. Сам при этом ни разу не озаботился одарить хоть чем-то своих подруг. О детях разговор даже не заводил. Любой намек на интересное положение становился поводом для расставания. Буквально на днях покончил жизнь самоубийством.
Имя этого любителя женского внимания мне почему-то показалось знакомым. Но не более того. Удивительнее было другое. Из троих найденышей двое уже свели счеты с жизнью. У одного есть наследница, это Оксана. Но Олимпиада ее сразу и проверила. Не такая она была простая и щедрая, какой хотела казаться. А другой наследник недавно умер. И эта скорая смерть наводит на определенные размышления. С чего это хмырь, так удобно устроивший свою жизнь за счет женщин, решил ее оборвать? Слишком натянуто, слишком непохоже на эгоиста, каким, судя по отчету, был Вадим.
Значит, надо искать вторую девочку, Вику. Своими сомнениями и выводами я поделилась с Алексеем. И тут узнала такое, что долго не могла придти в себя от удивления.
-- Тебе не придется долго ее искать. Это моя жена Виктория. Одной из причин, почему я вступил с ней в брак, было ее утверждение, что она является родной дочерью Олимпиады. Мать, правда, сразу же не поверила ей. А потом и экспертиза показала, что у них нет ничего общего. Но Виктория уверена, что Олимпиада подделала результаты. Она хотела, чтобы у нее был сын, а не дочь, потому и не признала в ней своего ребенка, -- Алексей пожал плечами, -- я больше склонен верить матери, чем Виктории. Если бы Вика была ее дочерью, мать ни за что бы не рассталась с ней. Но Олимпиаду так долго и часто обманывали, что она поневоле стала осторожной и доверяла только фактам. А результаты экспертизы были не в пользу Вики. Впрочем, я никогда всерьез и не верил, что она дочь Липы, кроме разве первых месяцев. Слишком они разные.