Оказалось, что кроме двух десятков номеров в основном корпусе было не менее двадцати гостевых домиков, расположенных у подножья утеса в зелени зарослей. Под руководством и при помощи Пети я кое-как разобралась в таком тонком деле, как размещение прибывающих. Самыми дорогими и элитными считались номера в пансионате и в пяти коттеджах, расположенных у самого пляжа. Более дешевые – в гостевых домиках. Их-то и заселили в первую очередь. Впрочем, у них был несомненный плюс: в домике можно было жить сразу всей семьей, как на даче. Пусть и на улице, но рядом были все удобства: небольшая кухонька, отдельный вход. Душ и туалет, правда, общие, но кабинок много.
Среди прибывших в этот день меня особо поразили два чудака. Судя по внешнему виду и акценту, явно кавказцы. Ну и за каким, простите, лядом им ехать на отдых в украинский Крым, если все то же самое они получат на черноморском побережье Кавказа? Парочка, скажу вам, очень колоритная. Один невысокий, толстый и лысый, причем факт этот скрывал под головным убором. Звали его Ваха. Второй высокий, довольно приятной наружности, если можно так выразиться, сладко располагающей внешности, очень напоминающий популярного индийского артиста, представился как Мехти-Магомед. Причем оба вдруг проявили ко мне явный интерес. По крайней мере, я так расценила их вопрос:
-- Дарагая, ти хазайка этот санаторий?
Несколько ошарашенная таким вопросом, я попыталась им объяснить, что в данный момент считаюсь ею. Думаю, ответ их не удовлетворил, потому что тот, который был пониже и явно не в моем вкусе, вдруг ляпнул:
-- Прасти, мать, скажи, ти грэчанка?
Я от удивления непроизвольно фыркнула и уставилась на свое отражение в зеркальной стенке шкафа. Там отобразилась физиономия длинноносой, зеленоглазой тетки, в молодости русоволосой, а сейчас благодаря краске изысканно рыжей. В целом моя внешность довольно типична для центра России. Хотя были в молодости моменты, когда меня принимали за грузинку, но вот за гречанку раньше никогда. Все эти доводы я выложила своим новым постояльцам. И увидела, что они меня не поняли. Низкорослый злобно сжал губы и что-то пробормотал, а высокий недовольно заметил:
-- Затшем голова марочишь? Заказ бил, палучай тавар…
Что-то в их поведении меня насторожило, и я не стала продолжать разговор, отделавшись фразой:
-- Ой, молодые люди, вы что-то напутали, это не ко мне…
Так вот, эти двое устроили целое представление по поводу того, что я предложила им место в гостевых домиках. По их мнению, они достойны вселиться только в элитный коттедж, и не абы какой, а в третий. На мой взгляд, зачем платить за то же самое втридорога, если есть возможность сэкономить. Конечно, коттеджи располагались в непосредственной близости от моря, были обнесены каждый своим забором, имели автостоянку с выездом, три спальни, гостиную, террасу и совсем рядом бассейн с голубой из-за подсветки водой. Тут же расположены корты для игры в теннис, беговые дорожки, какие-то спортивные снаряды… Но переплачивать только из-за этого?…
Весь день я занималась расселением прибывающих в пансионат отдыхающих в гостевые домики, коттеджи и номера пансионата. Ольга с Аленой сбились с ног, угождая новым жильцам.
С каждым пришлось обговаривать кучу вопросов: на какой срок приехали, где будут питаться, какие экскурсии их интересуют. И так без конца. Если честно, уже после первого десятка вновь прибывших, все остальные смешались у меня в единое целое, в один безликий поток, который изредка прерывался какой-нибудь колоритной личностью.
Хорошо, что Ирка оказалась под присмотром Лерочки, да и занятие у них было ответственное – смотреть за Чейзом. Будь она рядом, я бы не выдержала такого темпа работы.
Кстати, у меня создалось впечатление, что кое-кто из прибывающих на отдых путает меня с Олимпиадой Георгиевной. По крайней мере, двое или трое меня называли ее именем.
Наконец этот бесконечный день закончился. Я валилась с ног от усталости. Представляю, каково сейчас Оксане. Ей ведь еще готовить ужин на всех прибывших. Но я ей сегодня не помощник. Едва добравшись до дома, я рухнула на диван, и, пользуясь минутой тишины и покоя, решила поразмышлять о том, что успела узнать за эти дни.
Итак, если Кристина так ненавидит Липу, как рассказывает об этом Оксана, значит, есть что-то такое, что их связывает. Что-то, незаметное для окружающих. Надо внимательнее покопаться в документах Липы.