Последнее время нервы у меня ни к черту. Почему-то все время кажется, что все на меня как-то не так смотрят. То садовника подозреваю, то этих двоих. Вот и опять мне показалось, что я перехватила откровенно враждебный взгляд высокого. Кажется, его зовут Мехти-Магомед.
Я безразлично отвернулась от шумного пляжа и уставилась на набегающие на желтый песок волны. Близкий горизонт четко выделялся на фоне упругих, словно взбитые сливки, облаков. На гребнях волн завивались пушистые шапочки пены. И вода, вдали казавшаяся глубокого темно-синего цвета, у берега зеленела, сквозь нее просвечивало песчаное дно.
Далеко на рейде стоял корабль. Какое-то грузовое судно ждало своего часа для захода в порт.
Перед пляжем в акватории, обнесенной буйками, резвилось население пансионата. Ирка с Лерой под присмотром Пети плавали у самого берега. И я уже подумывала, не присоединиться ли к ним.
Вдруг волны стали беспокойными, а затем из-за утеса выдвинулся великолепный парусник. Казалось, он надвигается прямо на наш пляж. Поднятые им волны резво побежали к ближним лежакам, окатили прохладной водой зазевавшихся лежебок, вызвав у некоторых непроизвольный визг. Петя сразу ухватил девчонок за руки и вытолкнул на берег.
Следующие полчаса все с удовольствием наблюдали за бесплатным спектаклем: швартовкой у пирса яхты, на борту которой золотилась надпись «Гречанка».
Взбаламученные воды постепенно посветлели, притихли. Пассажиры с яхты спускаться на пирс не спешили, так что все обитатели вновь занялись тем, ради чего и приехали в это благодатное место. Одни подставили солнцу свои спины, бока, животы, чтобы запастись меланином на предстоящую зиму, другие ринулись в волны, чтобы покачаться на них как в гамаке. Любители подводного лова в масках и ластах нырнули с пирса в глубину. Хотя, убей бог, не могу представить, что в таком бедламе, как наш пляж, может существовать хоть какая-то живность.
Углубившись в свои умозаключения, я перебралась на надувной матрас, и теперь, покачиваясь на небольшой волне, раздумывала о своих проблемах. Потому пропустила первый момент.
Очнулась от дум, когда вдалеке раздался крик. Мгновенно окатило как кипятком – что-то с одним из отдыхающих. Дежурные спасатели сразу устремились в ту сторону.
Я, подгребая себе руками, направила свой матрас вслед за ними. Периодически там взрывами раздавался визг наиболее эмоциональных зрителей.
Попав на место, я вначале ничего не поняла. С чего это толстухе из пятого домика так верещать? Она сидит в лодке, вроде никаких предпосылок к страху нет, и в то же время она визжит не хуже поросенка, которого режут к празднику. Наконец я обратила внимание, что все что-то высматривают в воде. Подплыла ближе и тоже стала всматриваться в бликующую воду. И вдруг увидела в глубине человека.
Было в нем что-то неправильное. Он как-то странно то поднимался к поверхности, то опускался вниз. Вода разметала его волосы, и они как водоросли мельтешили перед лицом, наплывали, скрывая черты, но вот взмахом волны волосы убрались, позволив увидеть многочисленные колечки…
Мне секунды хватило, чтобы узнать… Так вот почему Али-Баба второй не явился, как обещал. Сама не знаю почему, я тоже завизжала… от ужаса. И стала беспорядочно загребать руками. Это привело к тому, что я свалилась с матраса. А так как плавать я не умею, то вскоре у меня появилась перспектива присоединиться к несчастному Али-Бабе. Это, наверное, понял и Петя. Он в несколько гребков добрался до предавшего меня матраса, а потом, взгромоздив на него меня, отбуксировал к берегу.
-- Ксеньдревна, успокойтесь, это не наш постоялец. Милицию уже вызвали, ничего страшного, -- попробовал он меня успокоить.
-- Да как же ничего страшного? Человек погиб. Кошмар, люди разбегутся из пансионата.
-- Он находился за пределами нашей территории, к нам никакого отношения не имеет.
-- Да как же не имеет, Петенька? Ведь это он три дня назад приходил ко мне компьютер ремонтировать…