-- ??? – Петя удивленно поднял брови, -- Ксеньдревна, какой компьютер, какой ремонт? Ну-ка выкладывайте быстро, откуда его знаете?
Пришлось мне, опустив некоторые детали, и, скажем так, облагородив свои действия, поведать Пете о происшедшем.
-- М-да, Ксеньдревна, с вами не соскучишься. А меня слабо было попросить о ремонте? – начальник службы безопасности вопросительно уставился на меня немигающим взором. От этого по телу пробежала волна мерзкого холода и все волосы, кажется, встали дыбом. И я начала, словно рыба на крючке, выкручиваться, объяснения сыпались одно нелепее другого. Через пять минут Пете надоели мои оправдания.
-- Ладно, Ксеньдревна, мне-то что. Ваше право решать, кого приглашать. Только, слушали бы меня, не пришлось бы сейчас выкручиваться.
Я поняла, что Петя мне не верит ни на грош, и, если и не подозревает меня в утоплении Али-Бабы, то уж в искренность моего повествования не верит точно.
Прибывшие сотрудники местного отдела милиции забрали тело утопленника. Через начальника службы безопасности уведомили, что управляющую пансионатом ждут для разговора завтра с утра. При этом Петя выразительно посмотрел на меня:
-- Ксеньдревна, вы ничего не хотите дополнить?
А что я могла еще рассказать? Втянуть в разборки собственного кузена? Так я не уверена, что утопленник был прислан им. Вообще он мне странным показался. Но все же кое-что Пете придется рассказать. Об исчезновении Липы, о просьбе Алексея, о моих подозрениях.
Все это я вывалила на голову моего молодого приятеля. Тот слушал с неподдельным удивлением, сквозь которое проглядывала явная недоверчивость.
-- Ну и накрутили вы, Ксеньдревна. Ладно, я согласен, для вас отсутствие хозяйки подозрительно, ладно, допускаю, что господин Лепилов попросил что-то для него выяснить. Но неужели трудно было мне все это сказать? Я бы всю ситуацию разрулил в два притопа. А теперь впутались в какую-то криминальную историю, провели на территорию пансионата Веньку Сахарка, этого мелкого мошенника и воришку. Да, да, обыкновенного уголовника. Теперь вот надо разбираться, почему он утоп рядом с нашим пансионатом.
На следующее утро мне пришлось ехать в отделение. Я хотела отвертеться, прикинуться больной. Но Петя посоветовал не выпендриваться. Если приглашают, значит, есть резон.
-- Благодарите Бога, что не вызывают, -- проворчал он, усаживая меня в свой внедорожник.
В отделении нас уже ждал следователь. Полноватый, чуть одышливый, с печальными глазами спаниеля и вместо ушей оплывшими к шее щеками.
Выполнив формальности, он провел нас с Петей в другое здание, оказавшееся местным моргом, где в маленькой комнатке на каталке под простыней лежало тело. Когда откинули ткань, я чуть не взвизгнула. Я сразу узнала и эти нечесаные лохмы, и многочисленные колечки в ушах, бровях, ноздрях, губах… Это был без сомнения Али-Баба второй.
Я рассказала все, что знала об этом человеке. А знала, признаюсь, очень мало.
Следователь, представившийся Андреем Васильевичем, в свою очередь, известил, что хотя утопленник выловлен вчера, но счеты с жизнью свел два дня назад и не по своей охоте. Об этом свидетельствуют наручники, сковавшие руки, и веревка на шее. Скорее всего, его сбросили с лодки. Привязали груз и посчитали, что утопленник не всплывет. Возможно, так бы все и было. Если бы не приход яхты и сопровождающих ее катеров, которые, подняв волны, сдвинули утопленника с места.
Оказавшись дома, я уверила Петю, что больше ни в какие авантюры ввязываться не буду, даже за ворота не выйду. Еще бы. Впутаться в историю с убийством. Хорошо хоть, меня не подозревают. Хотя как сказать. Со слов следователя, Венька Сахарок был мелкой сошкой в местной преступной группировке, возглавляемой Кислым, которая ведет сейчас передел сфер влияния.
Впрочем, если я и надеялась отсидеться дома, за высоким забором и с охраной, то надеждам этим не суждено было сбыться. Потому что оказалось, что на яхте после короткого круиза вернулась в пансионат Кристина.
Я перед этим как раз убедила Петю, что мне просто необходим ноутбук. И на утро сразу же засела за изучение рекомендаций. Думаю, со стороны я была похожа на ребенка, получившего после многодневных упрашиваний наконец-то вожделенную игрушку. И вдруг оказалось, что как она заводится, он не знает.
К обеду, с горем пополам, разобралась в некоторых тонкостях. Попыталась познакомиться со сведениями, хранившимися на флешке. Но особо ничего не поняла. Надо было думать о предстоящей расшифровке.