А беспокоили меня мысли о странном посетителе, неожиданно нагрянувшем дня за три до аварии. Как оказалось, хозяйку дома он не знал, потому что принял меня за Липу. Просил показать какой-то паззл. По-русски изъяснялся довольно сносно, но с сильным иностранным акцентом. Спрашивал о деньгах, поручителях и еще о чем-то таком, что я из его разговора так и не уяснила. Петя, увидев этого посетителя, быстро увел его из пансионата. В тот момент я не особо задумалась об этом случае. Потом на меня навалилось столько приключений, что я об этом посещении просто забыла. А теперь на досуге почему-то вспомнила.
Конечно, я не думала, что этот иностранец причастен к исчезновению Липы, ведь он появился уже после моего приезда, но он был звеном какой-то цепочки, связанной с Липой, и мне хотелось бы больше разузнать о нем. И уж тем более не подозревала его в организации аварии. Я ведь не сумасшедшая, возомнившая себя пупом земли. Но Петя на мой вопрос об этом человеке ничего конкретного не сказал. Сообщил только, что данный субъект представлял фирму, с которой у госпожи Стефаниди совместный бизнес в Албании.
Нет, мне определенно надо встретиться с Полиной. Возможно, она ничего и не знает, и тогда я буду искать другие источники информации. Но может быть она даст толчок моему расследованию в нужном направлении. В свете последних событий мне просто необходимо найти Липу. Только она поможет мне оградить себя и ребенка от опасности. А то, что мне угрожает опасность, я чувствовала, но не могла определиться, с какой стороны. В одном была уверена: в доме мне сейчас ничего не угрожает.
Пока я лежала в постели, изображая из себя больную, моим постоянным собеседником был Чейз. Он уже заметно подрос, научился стоять на лапках и отрывать животик от пола.
Наиболее забавно было видеть, как он рвется к вожделенной бутылочке с молоком. Завидев ее, он подбирался к цели своего наслаждения чуть боком, вскарабкивался на бутылку, хватал за соску и толкал вниз. Насосавшись, он ковылял к кровати и заводил заунывную песню-плач, рассказывая, как ему плохо одному. И в результате без проблем оказывался не в своей корзинке, а у меня под боком. А я брала в руки очередной детектив.
Иногда, слыша стенания Чейза, в комнату ко мне просачивался Барбос. За прошедшие дни он заметно отъелся, и стал приобретать вполне респектабельный вид, какой может быть у довольного жизнью дворового пса. Барбос обожал ложиться недалеко от меня и, полуприкрыв глаза, наблюдать за моими действиями.
В один из таких моментов, когда меня окружали оба моих пса, а сама я погрузилась в мир криминальных страстей, в мою комнату ворвалась (да, действительно ворвалась, другого слова для определения способа появления я просто не подберу) супруга Алексея. Теперь мне удалось ее рассмотреть более детально. Довольно высокая брюнетка с удивительно светлыми глазами, худощавая, со спортивной фигурой. Хотя никакие ухищрения не смогли скрыть уже нечеткую талию, явно не упругую кожу на животе и ягодицах. Сейчас в спортивном костюме она показалась старше, чем хотела бы выглядеть. Белый цвет, оттеняя загар, к сожалению, четче подчеркивает то, что хотелось бы утаить.
Я давно убедилась, что скрывать свои годы – дело неблагодарное. Потому предпочитаю вещи, приличествующие моему возрасту. Никогда не надену выпендрежную тинейджерскую маечку, которую девчонки носят без бюстов. И сверхкороткие шорты не натяну. Во-первых, положение и должность не позволят, а потом, ну чем хвалиться в мои годы? Варикозными узлами на ногах?
А жена Алексея придерживается другого мнения. Ну, явно же моя ровесница, а то и старше, она щеголяет на высоченных шпильках в умопомрачительно узких брючках и маечке, обтягивающей силиконовую грудь.
-- Извини, без приглашения. Как узнала о случившемся, решила поговорить… -- начала она без предисловий. – Видишь ли, Алексей почему-то решил, что твоя Ирина – его дочь…
Последовала немая сцена. У меня, как говорится, челюсть отвалилась. Последний раз визуально мы с приятелем виделись, дай бог памяти, лет двадцать назад. После этого – только виртуально. Недавняя встреча в ресторане не в счет. Так что бабенка, как выражаются мои тинэйджеры, пургу гонит. Алешка такого при всем своем желании придумать не мог.