Абсолютная власть достигается прямой подчиненностью президенту всех трех ветвей власти: исполнительной, законодательной и судебной. С правительством все понятно — исполнительная власть входит в президентскую компетенцию по Конституции. Парламент сформирован из представителей одной единственной партии «Нур — Отан», руководителем которой де–факто и де–юре является сам Назарбаев. Ни одного независимого кандидата в депутаты в стены парламента не проникло — и уже не проникнет до тех пор, пока Крестный Тесть будет у власти. Всех судей в стране назначает своим указом тот же Назарбаев.
Круг замкнулся: каждая из ветвей власти контролируется и управляется непосредственно президентским дворцом «Ак — Орда».
Впрочем, официальные властные институты служат отныне не более чем ширмой, которая прикрывает настоящие механизмы власти. Реально страной управляет, конечно, не парламент — и даже не правительство. Все важнейшие решения — идет ли речь об изменениях конституции, кадровых назначениях или переделе собственности, — принимаются Крестным Тестем и его бандой.
Эта клика построена по всем классическим канонам мафиозной структуры. Здесь есть Дон Назарбаев, есть консильери Миртчев, есть казначей Масимов, есть старые боевые товарищи — Абыкаев, Утемуратов, Есимов, пенсионер Ни. И разумеется, есть боевой отряд «торпед» — верные стрелки Шабдарбаев, Тусупбеков и Мухамеджанов.
Американский Крестный Отец — Дон Корлеоне взял себе в главные советники ирландца Хейгена, человека из–за пределов своей семьи и своего народа — который, соответственно, не был связан никакими обязательствами, условностями и стереотипами. Крестный Тесть Назарбаев тоже поставил на роль ближайшего советника болгарина–американца Миртчева, обладающего теми же преимуществами: он предан хозяину (от которого получает миллионы), и только ему. И не нужно бояться, что твой консильери договорится с твоим казначеем, и оба придумают себе нового дона. Хотя на месте тестя нужно держать ухо востро ….
Могущество Миртчева достигло невероятных размеров. Не занимая ни одного официального поста и не будучи никаким образом представленным в эшелонах власти, болгарин является сегодня самым влиятельным человеком в Казахстане — после Назарбаева, конечно. Впрочем, если учесть степень влияния советника на самого дона–президента, спор за первое место может оказаться открытым.
Назарбаев доверяет своему советнику буквально во всем. Он не принимает ни одного мало–мальски значимого решения, не проконсультировавшись предварительно с незаменимым советником. Идет ли речь о внешней политике или о сугубо внутренних делах, без одобрения Миртчева ничего не произойдет. После того, как болгарин отвел от хозяина дамоклов меч американской юстиции, тот уверовал в сверхчеловеческие умственные способности своего спасителя.
Отныне все программы государственного развития Казахстана пишет Миртчев. Конечно, не сам, а его асисстенты. И конечно, не пишет, а переписывает. Дело поставлено на поток: берется какая–нибудь малазийская, или сингапурская, или южнокорейская программа и переводится под копирку, редактируясь под советско–казахские реалии.
Оттуда происходят подготовленные американскими лоббистами программы для Правительства и нанотехно–логии, и 50 конкурентоспособных страны и 30 корпоративных лидеров, и выключение света в туалете — как рецепт спасения заваливающейся экономики. Если вы когда–нибудь удивлялись тому, что выступления президента с каждым месяцем все более отрываются от реалий этого мира и заставляют глубоко задуматься в адекватности человека, их произносящего, — то ларчик открывается легко.
Сам человек, разумеется, давно уже не адекватен. Он не знает, сколько стоит хлеб в магазине и что можно купить на тысячу тенге. Он до сих пор уверен, что за 200 долларов в месяц, каждый человек будет счастлив гнуть свою спину на него. Впрочем, с теми темпами, с какими в стране раскручивается экономический кризис, вскоре эти 200 долларов действительно могут показаться настоящим богатством.
А все тезисы для публичных выступлений президента пишет не казахский спичрайтер, а болгарин с американским паспортом — человек, который провел в нашей стране немало дней, но так и не узнал, чем она живет. Поэтому ему кажется, что нотация про горячую воду, которую нужно экономно расходовать, очень удачна. А зритель в Кзыл — Орде, у которого в кране нет ни горячей, ни холодной, смотрит на экран с большим удивлением. Впрочем, и сам экран может быть черным — потому что свет во многих казахских домах тоже стал уже роскошью. Хотя кого это волнует. Уж точно не Миртчева — и тем более не президента.