А во двор-то мне сейчас и нужно. Я осторожно вышла из вольера, притворила дверь, постаравшись не нашуметь, и посеменила к окну гостиной. Цепляясь за штору, быстренько забралась на подоконник. Вот она, форточка, в самом низу окна. Клик! Защёлка поддалась даже нежным крысиным лапкам, и я проскользнула под качающейся на верхней петле дверцей, придержав её, чтобы не прищемить хвост. Бедному хвосту и так досталось сегодня.
Ночь встретила холодом; кажется, к утру ляжет иней, всё-таки уже конец листопада. Лапы мёрзли на широком каменном карнизе, и я поспешила к углу общежития. Там было гораздо удобней спуститься: вырезанная в камне виноградная лоза обвивала водосточную трубу, и я с легкостью находила лапами надежные уступы. Эх, как бы здорово было обратиться хоть летучей мышью или совой и долететь до библиотеки! Но, увы, я пока не умею летать, пришлось топать лапками, лапками. Правда, теперь на мне красовался ошейник фамильяра, и никто не стал бы меня ловить или как-то мешать. Мало ли чей зверёк разгуливает ночью, мало ли какое поручение дал ему хозяин…
Я смело бежала к учебному корпусу, игнорируя наглую сову, крутившуюся надо мной. Ошейник был надежной защитой от фамильяров, а дикие птицы тут не летают с момента основания Академии. Мне было жизненно важно решить кое-какие вопросы до исхода ночи, а для начала — поговорить с мэтром Сидом. Так что дорога мне лежала в вентиляцию, по которой я обычно и пробиралась в преподавательскую часть библиотеки.
В закрытой секции царили тишина и темнота. Отряхнувшись от пыли, которой вентиляционные каналы просто поросли, я сняла ошейник и сменила облик. В первый момент тело словно свело судорогой, но после процесс пошёл, как обычно. От души отлегло. Хозяйка не запрещала мне оборачиваться (с чего бы ей это в голову пришло?), и я могла свободно стать хоть крысой, хоть волком, хоть человеком. Парочка ближайших магических светильников тут же среагировала на крупный живой объект поблизости и начала разгораться тёплым, чуть золотистым светом. Из щели за стеллажом я вытащила старенькую мантию, доходившую мне до колен и обтягивающую грудь и бедра, осторожно натянула на себя. Ветхая ткань потрескивала, грозя порваться. Вот ещё задачка — найти мантию на замену и как-то протащить сюда. Не сидеть же перед мэтром голой!
Я подняла ошейник, тряхнула немного перепутавшимися волосами и огляделась в поисках мэтра Сида. А вот и он летит, лёгок на помине! Сияет бледно-голубым светом, полуистлевшая мантия развевается под невидимым ветром, волосы дыбом, на руках отрастают длиннющие когти. Холодные струйки сквозняка пробежали по моим босым ногам, спины словно коснулась чья-то ледяная рука. Ох, и поплохело бы нарушителю — точно как мне, когда я впервые сюда пробралась!
— У-у-у!… — начал было злобно завывать призрак, но узнал меня, осёкся и тут же сменил тон на игривый. — Ах, моя прелестная Мей! Давненько вас не видел! Вы слышали, что у нас тут пополнение? Представьте, доставили новую книгу мэтра Лейхса о способах добывания эфирных масел, методическое руководство по работе с лиловым убийцей и даже копию «Стихиалей» Меноса Атийского!
— Доброй ночи, мэтр! — заулыбалась я, показывая едва не все зубы и судорожно сжимая крохотный ошейник. — Очень, очень рада, непременно почитаю. Но не могли бы вы посоветовать мне… несколько иную литературу?
— О, ясноглазая Мей, для вас — всё, что угодно! Что вас сегодня заинтересовало?
Смотрел почтенный дедушка куда угодно, только не мне в глаза. Ну, мне не жалко, пусть порадуется.
— Мэтр, я… я не могу вам сказать, — тяжело вздохнула я. — Если вы дадите клятву, что не поделитесь тем, что узнаете от меня… Я, в свою очередь, готова поклясться, что не собираюсь причинить никому вреда.
— И никаких тёмных ритуалов, надеюсь? — подозрительно прищурился старик.
— Никаких тёмных ритуалов. Я ищу только спасения для себя, мэтр.
Укусив мизинец до крови, я произнесла клятву, и старик слегка расслабился.
— Я поклянусь, драгоценная Мей, но с оговорками. Вы понимаете.
Я вздохнула — и согласилась. Можно подумать, у меня был выбор! Надо было пользоваться моментом, покуда хозяйка не узнала лишнего и не ограничила меня десятками запретов, сотнями приказов и боги знают, чем ещё. Мэтр Сид оттарабанил стандартную клятву молчания, сделал оговорки насчет причинения вреда и тёмных ритуалов… И я положила на стол ошейник с тёмным камнем и сигилом АМИ.
Десяток мгновений призрак непонимающе смотрел на ошейник, а потом начал раздуваться, подобно грозовой туче.