- Судя по довольной мордашке, ты уже составила план действий, - чуть насмешливый голос Диего вернул меня с небес на землю. – Даже страшусь представить, что меня ждёт, когда ты станешь человеком!
О, поверь, пупсик, ничего особенно страшного тебя не ждёт. Я всего лишь напомню тебе, кто именно является в доме хозяином. Точнее, хозяйкой. Но выдавать свои планы красавчику Диего я не собиралась, а потому сладко улыбнулась, села столбиком, умильно сложив передние лапки на груди, и зашевелила носиком, намекая, что соловья баснями не кормят. Диего, как всегда, понял меня сразу.
- Проголодалась?
Я согласно кивнула и опять замерла, всем своим видом демонстрируя кротость и послушание. Диего, стоит всё-таки признать его ум, на мою покладистость не купился, рассмеялся негромко, хорошо хоть без еды не оставил. Положил на блестящее, аж просвечивающее на свету блюдечко виноград, несколько микроскопичных бутербродов и ещё что-то тёмно-коричневое и скукоженное. Не поняла, это ещё что такое? Я опасливо принюхалась, но скукоженное упоительно пахло копчёным мясом.
- Это вяленое мясо, - в голосе Диего по-прежнему отчётливо слышалась улыбка, - попробуй, тебе понравится.
Я осторожно лизнула лежащий ближе всего ко мне кусочек. М-м-м, вкуснятина! Разум отдал бразды правления желудку, следующие несколько минут совершенно выпали из моей памяти. Я ела! Всё подряд, лапками хватая еду, пачкая мордочку и усы, причмокивая и даже попискивая от удовольствия. Мамочка, как же хорошо поесть! И почему я раньше не ценила наслаждения едой?
- Первый раз по-настоящему голодала? – понимающе усмехнулся Диего, а потом сказал нечто такое, отчего у меня надкушенная виноградинка из рук выпала, а в уши словно с размаху затычки забили. – Когда мне было десять, нас с Бернардо отправили на неделю в лес. Вдвоём. Мы должны были обрести свои тотемы, только после этого мы могли называться мужчинами.
Обалдеть! Десятилетних детей на неделю в лес сбагрить! У нас бы таким родителям уже давно срок припаяли за жестокое обращение, а тут ничего, даже пальцем строго не пригрозили.
- Знаешь, самым сложным было не тотемы обрести, а банально выжить, - Диего без всяких церемоний опустился прямо на пол, обхватил колени руками. – Я же до этого на всём готовом жил, отец меня баловал со страшной силой.
Ещё бы! Первенец, наследник, у мужчин это особый бзик, даже если наследовать кроме пары драных башмаков да десятка пустых бутылок и нечего. Ну, может, ещё несколько поколений полудохлых тараканов, обитающих в углу занюханной коммуналки.
- Я когда впервые до нормальной еды дорвался, тоже уплетал всё подряд, даже вкуса не чувствовал, - Диего усмехнулся, провёл рукой по волосам, - зато научился ценить простые вещи: крышу над головой, еду, тепло очага, хотя теперь и умею обходиться без этого. Мы часто не ценим того, что имеем. Просто потому, что оно есть, и нам кажется, что так будет всегда.
Я задумчиво смотрела на сидящего передо мной загорелого кареглазого красавца и впервые видела в нём не просто смазливого паренька, с которым было бы приятно покувыркаться в постели или посетить какой-нибудь приём, чтобы увидеть, как желтеют от зависти проклятые конкурентки, а сильного мужчину. Причём сильного, может быть, и не телом, вряд ли Диего способен свернуть трубочкой серебряную тарелку или сломать стальную вилку, сколько духом. Наверное, именно такие парни и прокладывали дорогу в богом и людьми занюханной глуши, возводили города, а при необходимости шли одни против полчищ врагов. Чёрт, что-то я начала рассуждать как Ленка, та часами могла говорить о скромном Герое с соседней улицы. Хотя лично я никаких героев на соседней, да и своей собственной улице не встречала, обычные алкаши и неудачники, ничего в жизни не добившиеся. Или я чего-то не понимала?
- Мыться будешь, малышка?
Диего явно не относился к людям, готовым часами предаваться мечтам или воспоминаниям. Посидел, поностальгировал, а потом словно захлопнул шкатулку с воспоминаниями, вернувшись к энергичному ритму жизни. Уважаю, в моём мире на такое не многие способны.
Я доела виноградинку и только после этого, я же приличная девушка, а приличные девушки во время еды не разговаривают, кивнула.
- Сама справишься или помочь?
А ещё у Диего хорошая память и острый язык. Вот зараза, не упустил возможности поддеть меня моим первым купанием!
Я обиженно фыркнула и по привычке попыталась скрестить руки на груди, опять забыв, что в крысином облике это действие физиологически невозможно. Чёрт, да что же я такая забывчивая!