По нескольку раз примерила все платья и кофты, разглядывая себя в зеркало со всех сторон, и наконец надела клетчатое платье в складку и с бантиком на груди.
Вот теперь замечательно! Милка осталась довольна. Выглядит просто удивительно хорошо!
Даже на этих ненормальных близнецов должно подействовать. Во всяком случае, Оля-то будет поражена. Милка по себе знала, как можно оробеть перед такой вот потрясающей девочкой постарше себя.
А близнецы на два года меньше Милки. Огромная разница. Значит, обязаны слушаться! Сперва очень строго не надо с ними. Пускай привыкнут… Придётся осторожно, хитренько перевоспитывать.
Милка откинула голову и засмеялась, глядя в зеркало. Потом нахмурила редкие, еле заметные брови, протянула вперёд руку и сказала громко и твёрдо:
— Толя! Сию минуту прекрати баловство и сядь спокойно. И чтобы я больше не видела этого глупого кривляния! Хоть ты и маленький, но должен понять, что так себя не ведут, и…
Что бы ещё ему сказать? Ну, время есть, придумается само, по ходу дела.
Страшновато к ним идти, но нельзя же допустить, чтобы Сева потом издевался… Ещё презирать начнёт… Самое важное, самое главное — это доказать Севе, что она, Милка, не спасовала перед трудностями.
Милка закрыла глаза и, сладко улыбаясь, представила себе такую радостную, и приятную картину: светит солнце, по аллее садика идут, взявшись за руки, близнецы. Оба чистенькие, причёсанные. Немного позади (как взрослая) идёт Милка. Дети поворачивают головы и вежливо, спокойно спрашивают: «Тётя Мила, нам дальше прямо или направо?»
Хотя нет, тётя Мила — это слишком. Просто Милочка, и всё.
Она смущённо покосилась на себя в зеркало. Ничего, пустяки, всё будет хорошо, и Сева, конечно, поразится, когда увидит перевоспитанных близнецов.
Очень большое дело — первое впечатление. Вот тогда, в лесу, разве плохо вышло, когда Сева увидел нарядную девочку в красном платье с козлёнком на руках? И никто, даже мама не знала, сколько намучилась Милка, репетируя сцену с козлёнком, с того самого дня, как пришло известие, что вскоре к леснику в домик приедет незнакомый мальчик из Ленинграда.
Нет, нет, хорошо получилось. Милка вспомнила, как Сева тогда посмотрел, и чуть не раскрыл рот от восторга. Вот сейчас необходимо так же поразить Олю с Толей. Правда, они уже мельком виделись, но, можно сказать, тот раз не в счёт.
Когда Оля открыла дверь, то не сразу увидела Милку, потому что задрала голову, ожидая встретить высокого доктора, который приходил к Толе.
Прямые светлые волосы торчат сосульками во все стороны. Застиранное цветастое платье слишком узкое: Оля выросла из него. Стоит пряменько и ждёт, что скажут.
С жалостью посмотрела Милка на неё. Какая-то круглая вся, в ужасное платье втиснулась… похожа на валик от дивана. А щёки, щёки толстые! И смотрит во все глаза. Очень хорошо, — значит, поразилась. Ясно, растерялась, робеет.
Но Оля просто не вспомнила Милку и ждала, что скажет эта чудачка, разряженная, точно клоун в цирке.
Так они постояли некоторое время. Милка — наслаждаясь впечатлением, произведённым на Олю, а Оля — начиная припоминать, что где-то видела Милку.
— Ах, да. Ты от Севы приходила, верно? — спросила Оля. — Что опять?
— Не очень-то вежливо так к гостям обращаться, — поморщилась Милка. — Зови брата, куда-нибудь пойдём погуляем.
— Толя очень заболел, в кровати лежит. Мы ждём доктора.
Милка сочувственно покачала головой.
— Прости, пожалуйста, не знала. Ну, в другой раз. Когда прийти?
— Да зачем это вообще? — пожала плечами Оля.
Вот так произвела впечатление! Милка покраснела от досады. Всё этот Севка виноват. Нечего было слушаться и лезть сюда. Разве такая девчонка оценит, поймёт, с кем дружить отказывается.
В переднюю вошла Нина Васильевна с озабоченным лицом, тихонько спросила:
— Оля, что ты так долго? Врач пришёл?
Рассеянно выслушала объяснения дочери, грустно рассматривал Милку, которая вдруг застеснялась, не зная, уйти или поздороваться.
— Зовёт погулять, значит? Очень хорошо. Пойди, доченька, тебе на воздух надо. Нельзя всё время дома. Тоже заболеешь.
— Ну-у, мама!
— Прошу тебя. Развлечёшься. Толе ведь гораздо лучше сегодня.
Хочешь в Зоосад? — оживилась Милка.
Оля потянула носом и, поглядывая то на мать, то на Милку, точно извиняясь, сказала:
— Ненадолго, на полчасика, ладно?
— Не беспокойтесь, я за ней посмотрю, — сказала Милка.
— Сторожа давали свёклу двум задумчивым слонам, — говорила Оля нараспев, покачиваясь из стороны в сторону.