Впереди в переулке кто-то закричал, он выругался и бросился туда. Завернув за угол, он вгляделся в темноту. В нескольких футах от Эджвер-роуд у черного входа в магазин лежала девушка. Грязная, с грязными темными волосами. Она неловко села, не вылезая из засаленного голубого спальника, натянутого на плечи. Лицо застыло в гримасе ужаса, рот растянут в крике, голос хриплый. Савла она не заметила. Она смотрела на стену перед собой.
Крысы потоком неслись по стене, почти беззвучно, только чуть скрежетали коготки по кирпичу.
Спальный мешок соскользнул на асфальт, и девушка застыла, прижимая руки к лицу. Крысы шуршали вокруг нее, смотрели на Савла, просяще попискивали, ожидая одобрения. Когда он шагнул к скованной ужасом девушке, они порскнули в стороны.
Она не смотрела на него, не в силах оторвать взгляд от ковра крысиных тел. Их здесь было больше, чем в канализации. К ним присоединились друзья из окрестных домов. Савл проследил за ними взглядом и посмотрел на девушку.
– Тихо, тихо, – сказал он и опустился на колени, – не бойся, все хорошо.
Она коротко взглянула на него и заговорила:
– Господи, ты их видел… они пришли за мной… боже…
Голос у нее был хриплый, как будто ей не хватало воздуха, как будто говорила она только от ужаса.
Савл взял ее лицо в ладони и заставил смотреть на себя. Зеленые глаза были распахнуты.
– Слушай. Ты не поймешь, но беспокоиться не о чем. Тихо, тихо. Эти крысы мои. Они тебя не тронут, понимаешь?
– Они пришли за мной, они хотели меня съесть…
– Заткнись! – на секунду стало тихо. – А теперь смотри.
Савл, удерживая ее голову, медленно отклонялся назад, пока девушка не увидела крыс, терпеливо ждавших в тени. Глаза ее снова расширились, а мышцы напряглись. Савл мотнул головой и прошептал:
– Валите!
Зашелестели лапки и хвосты. Крысы исчезли.
Переулок опустел.
Девушка ничего не понимала. Она оглядывалась – Савл отодвинулся от нее, – вертела головой, нервно вытягивала шею, тревожно озиралась. Савл присел рядом с ней, прислонившись к двери. Справа, всего в десяти футах, виднелись огни Эджвер-роуд. Он снова подумал, что это все происходит так близко от настоящего города, но никто их не видит. Всего десять футов – но они в другом мире.
Девушка повернулась к нему. Голос у нее дрожал.
– Как ты это сделал? – громко спросила она.
– Я же сказал. Это мои крысы. Они делают то, что я скажу.
– Это что, фокус? Дрессированные крысы? Тебе не страшно?
Взгляд ее метался во все стороны. Она говорила как ребенок. Савл вдруг понял, что она может быть нездорова.
Савл подумал, что не стоит обращаться с ней как с ребенком. Не стоит ее опекать.
– Нет, крысы не страшные, – осторожно сказал он, – я их понимаю.
– Да я от страха чуть не обгадилась. Подумала, что они хотят меня съесть!
– Да, прошу прощения. Когда я послал их в переулок, я не знал, что тут кто-то есть.
– Удивительно, что ты это умеешь. Можешь куда-то послать крыс! – Она улыбнулась и замолчала.
Савл огляделся, но крысы прятались. Повернулся к девушке. Ее взгляд дергался из стороны в сторону, как муха.
– Как тебя зовут? – спросил он.
– Дебора.
– А я Савл. – Они улыбнулись друг другу. – А если ты знаешь, что крысы мои, ты все равно их боишься?
Она непонимающе посмотрела на него. Савл вздохнул. Он не знал, что будет дальше. На самом деле он даже не понимал, что делает. Ему нравилось говорить. Он перекатывал каждое слово во рту. Впервые после встречи с Каем он разговаривал с человеком. Он получал удовольствие от каждой фразы. Ему не хотелось, чтобы беседа заканчивалась.
– Я могу снова их позвать.
– Не знаю… они разве не, ну, грязные и все такое?
– Только не мои. И они тебя не тронут, если я так скажу.
Дебора посмотрела наверх. Она улыбалась, но как-то испуганно.
– Понимаешь… не знаю… ну, просто не знаю.
– Не бойся. Смотри. Я их позову, и ты увидишь, что они меня слушаются. – Он чуть повернул голову, чувствуя крысиный запах. Они ждали совсем рядом, трепеща.
– Поднимите головы, – твердо сказал он, – только головы.
В мусоре зашебуршились, и оттуда показалась сотня маленьких гладких головок. Они походили на тюленей в море.
Дебора вскрикнула и зажала рот руками. Голова у нее затряслась, и Савл понял, что она смеется.
– Невероятно, – сказала она, не убирая ладонь.
– Спрячьтесь, – велел Савл, и головки исчезли.
Дебора радостно засмеялась.
– Как ты это делаешь?
– Они должны делать то, что я говорю, – объяснил Савл, – насколько я понимаю, я у них главный. Я их принц.
Она испугалась. Савл вдруг подумал, что ведет себя безответственно. Возможно, он делает только хуже. На самом деле ей нужен реальный мир… но он тут же понял, что это тоже реальность, нравится ли это кому-то или нет. И ему хотелось еще с ней поговорить.