– Хантре, открывай Врата, – распорядился Эдмар. – А я посмотрю, как у тебя это получится.
Получилось у рыжего не сразу. С четверть часа он мучился, а потом взорвался:
– Ты мне мешаешь?
– М-м, как ты догадался? – ухмыльнулся Тейзург. – Совершенно верно, мешаю. Максимально усложняю тебе задачу. Ты должен научиться открывать Врата Хиалы, даже если кто-то из здешних обитателей будет тебе противодействовать.
Хантре невнятно выругался и предпринял следующую попытку, а Кемурт терпеливо ждал. Толку-то проявлять нетерпение?
Выбрались они спустя полтора часа. Может, если бы рыжий дал понять, что сдается, Эдмар перестал бы куражиться и чинить помехи, но Кем сразу понял, что на это рассчитывать не приходится. У него зудела кожа и сводило живот, вдобавок опять начало тошнить. Эдмар сам же говорил, что при первом посещении Хиалы задерживаться тут надолго не стоит, а теперь так увлекся игрой с Хантре, что о третьем участнике вылазки совсем забыл.
Рыжий все-таки справился. Ну и злое лицо у него было под конец! А Тейзург выглядел довольным и возбужденным, словно побывал в театре на отменном спектакле. Кемурт еле плелся, мысленно вознося благодарственную молитву Ланки-милостивцу и про себя решив, что больше он в Хиалу ни ногой.
– В следующий раз пойдешь гулять на свою историческую родину без меня, – неприязненно бросил Хантре.
– Согласись, однако, что это был полезный для тебя урок…
Тот не согласился, даже не дослушал – перекинулся и потрусил по коридору на четырех лапах, с истинно кошачьим презрением к человеческим нотациям.
– Увы, при всем своем очаровании он никогда не блистал хорошими манерами, – заметил вслед ему Тейзург, обращаясь теперь уже к Кемурту, который тоже пресловутых манер не проявил, потому что ринулся, спотыкаясь, в другой конец коридора, к уборной.
Зинте страсть до чего хотелось путешествовать. Вот прямо сейчас. По неведомым землям Сонхи или по другим мирам. Позови ее кто-нибудь в экспедицию, как Эдмар той весной, когда они сбежали из Молоны, – так и сорвалась бы… Да нет, конечно же, отказалась бы, но после наверняка бы затосковала.
И надо же было случиться, чтоб это желание накрыло ее именно в то время, когда хочешь не хочешь веди оседлую жизнь, ночуй в тепле, береги свое и не только свое здоровье. Дошло до того, что однажды у нее мелькнула истинно зложительская мысль: пожалуй, хорошо, что Эдмар нынче заперт в Сонхи, а то бы вконец иззавидовалась, что он вовсю гуляет по чужим мирам, а ей с ним попроситься нельзя.
Она ужаснулась собственному эгоизму и сильно расстроилась, а потом решила, что вырвет с корнем из своего сердца эти зложительские ростки. Ей было стыдно перед Эдмаром, и когда тот заглянул в гости, встретила его ласково, стремясь загладить свою тайную вину, хотя перед тем сердилась на него из-за рыжего Хантре, которого на самом деле зовут вовсе не Хантре Кайдо.
Устроились с кружками горячего шоколада у камина, в комнате с сурийским ковром, который пламенел в сумраке раннего вечера, словно маковая лужайка. Глиняные кружки были теплые и шершавые, с нарисованными парусниками, вновь напомнившими Зинте о путешествиях, а сваренный матушкой Симендой шоколад пах мадрийским орехом, бадьяном и чуть-чуть новогодней ярмаркой.
– Мне ее до умопомрачения не хватает, – улыбнулся гость, глядя на Зинту поверх кружки. – Ты ведь знаешь о том, что вы похожи?
Та кивнула, сразу уловив, о ком он говорит. Когда познакомилась в чужом мире с Тиной, и сама подумала, что со стороны их можно принять за сестер.
– В твоей Молоне она была бы на своем месте: тоже доброжительница, каких поискать – и даже не в силу воспитания, а по велению души. Брр, до сих пор содрогаюсь, когда вспоминаю иные из ее доброжительских выходок. И в то же время – не хватает… Как выяснилось, меня к ней приворожили, причем еще в незапамятные времена, в Сонхи, она ведь тоже отсюда. Ее тогда звали Ренарна. Случился этот инцидент уже после того, как я ушел жить в другой мир. Дистанционный приворот, иногда и такое бывает. Сказать за это спасибо я должен Госпоже Вероятностей. Как обычно. Только мне думается, даже не будь этого несусветного приворота, я бы все равно в нее влюбился. Не так стремительно и не с такой силой, я ведь тогда не принадлежал к человеческой расе, но тем не менее… Наверное, именно воздействие приворота помешало мне ее убить. На тот момент это было в моих интересах, но мне до того хотелось заполучить ее живую, что я оказался не в силах нажать на спуск и навсегда лишить себя такого шанса. Забавно, правда?