Но навеки время их правления было запечатлено в одном из самых великих французских вин. Многие французы до сих пор верят, что переселение папства в Авиньон было не следствием политических интриг, а следствием любви римских Пап к винам долины Роны.
Так или иначе, но следующий после Пятого Климента Папа – Иоанн под нумером Двадцать Два – выстроил поблизости от Авиньонского замка летнюю резиденцию и назвал ее Шато Нёф дю Пап. Буквально – Новый Папский Замок, или Замок Новых Пап.
Chateau neuf du Pape – непревзойденное вино родом из южной долины Роны.
Очень мужское, мясистое, полнотелое, фруктовой насыщенности, ягодной свежести, перечной терпкости, кровавое и глубокое.
Мужчина, который привез тебя сюда и впервые дал тебе попробовать этот напиток,– отвел тебя на местные виноградники и велел дегустировать ягоды – сира, гренаш и мюрведер, чтобы ты научилась находить их отдельные голоса в гамме уже созревшего вина.
Сира – пронзительной яркости виноград. Твой мужчина рассказал, что, скорее всего, этот виноград попал во Францию из далекой Персии, из города Шираз.
Шираз – так зовут этот виноград в Новом Свете – в Австралии, Чили и Южно-Африканской Республике.
Мужчина сладко мучил тебя слепыми дегустациями (в буквальном смысле слепыми, завязывая тебе глаза и заставляя отгадывать – от какого производителя и какого года – данное вино) в отместку за тот первый напиток, который он пил из твоих рук, но не смог угадать.
Тогда ты уже знала, что мужчина, принявший напиток из твоих рук, обязательно придет к тебе. Придет и останется. Этот не остался. Он пришел, забрал тебя с собой и увез во Францию. Две недели в Авиньоне, а потом он отвез тебя в Бордо. В Шато Ко д’Эстурнель. Не самое именитое поместье, но нет ни одного дегустатора знаменитых вин, который бы не мог в мельчайших подробностях представить себе этикетку на бутылке этого уникального вина и вспомнить его неповторимый вкус во всей его полноте, изысканности, насыщенности и щедрости, а также гармонию и уравновешенность его букета.
На подъезде он спросил у тебя:
– Ты смотрела Kill Bill?
Ты сказала:
– Да.
– Помнишь, когда Билл отвез Беатрис Кидо к Белобровому монаху – к Пей-Мею?
Ты только кивнула.
А он продолжил:
– Он ее отвез и оставил там. Я тебя тоже сейчас оставлю.
Ты посмотрела на него в недоумении. Оставить? Оставить тебя здесь? Зачем?!
Он ответил на твои вопросы, так и не заданные вслух:
– Ты должна попробовать вино руками.
3
Потом ты частенько дразнила его тем, что он продал тебя в рабство на галеры – будто взял реванш за то, что не смог угадать напиток, который принял из твоих рук.
Примерно так оно и было. Он привез тебя и оставил – в качестве рабочей лошадки на виноградниках. А сам уехал, на три недели.
Хозяева Шато приняли тебя со всей гостеприимностью. Тебя и Крошку Цахеса, с которым ты не расставалась. Цахесу тоже грозила работа, которая была ему по душе. Настоящие замковые крысы – вот чем был занят Андалузский Трактирный Крысолов, пока ты гнула спину на виноградниках.
Тебе не пришлось учить французский язык, вино и виноградники лишь помогли развязать тебе – твой собственный, человеческий, и как тогда, в Хересе, вдруг оказалось, что ты всё понимаешь и все понимают тебя.
Ты даже выучила стихотворение Биарне, посвященное данному поместью, и перевела его на русский язык.
...Сойдя со склонов, на которых – монастырь, Чье сказочно восточное чело Так гордо к небесам устремлено, Ко д’Эстурнель – набобов лишь услада. Оно – средь вин Жиронды наивысшего разряда. Известно всему миру. И давно Блистает славой это дивное вино.Это стихотворение поведало тебе многое об истории Шато. Когда-то его первый владелец – разумеется, д’Эстурнель,– построивший замок с колоколенками, поставлял свои вина в Индию и на Аравийский полуостров. Несколько бочонков он принципиально оставлял на корабле, чтобы привезти обратно – во Францию. Гораздо позже подобная затея стала очень популярна в Бордо, и надолго. Лет сто царила мода на вина, «возвращенные из Индии». И многие, подражая д’Эстурнелю, стали отправлять свое вино – в морское плаванье. Считалось, что это обогащает букет содержимого бочонка неожиданными нюансами.
Работа на бордоских виноградниках, несмотря на ее тяжесть, вовсе не считается «черным» или «неблагодарным» трудом. Даже многие парижские бизнесмены не считают зазорным – приехать в Бордо на короткий период сбора урожая и, засучив рукава, по двенадцать-четырнадцать часов в день собирать ягоды или носить корзины с собранным урожаем. Солнце палит немилосердно, виноградные лозы жестко царапают руки, пот ручьем заливает глаза. Подъем на рассвете, легкий завтрак – кофе, сливки, круассаны. В полдень второй завтрак, прямо на виноградниках – сыр, багет, вино, фрукты. Когда начинает смеркаться, все работники возвращаются в дом, где их долго, много и сытно кормят поздним обедом: горячий куриный суп, запеченный окорок, ветчина, тушеные овощи, пироги с яблоками или капустой, на десерт – сыр и вино.