Кровопролитие начали вражеские маги. Несколько человек, цепляясь за траву полами длинных балахонов вышли вперед и что-то там такое непонятное сделав, они собрали вокруг себя (это реально так смотрелось) из воздуха мелкие искры и слепив огненные ядра, отправили их в нашу сторону.
Эти несколько огненных шаров, долетев до крыс, моментально сожгли несколько щитов, за которыми прятались стрелки, и смертельно подпалив пару хвостатых. Помимо этого, образовалась воздушная волна, опрокинув еще горстку стрелков, нанеся более щадящие раны.
Я посчитал, что урон был не слишком большой, но, чтобы отреагировать, послал с левого фланга конницу вперед со строгим наказом не вступать в полноценный бой, а попробовать заарканить или зарубить длиннополых, и отступать при виде опасности.
Рассыпавшиеся конники в свободном строю сначала рысью, а потом и галопом весело рванули на вышедших вперед магов. Ведь если убить такого — с тела можно снять весьма ценные вещички.
Маги, слишком вышедшие вперед, не сразу отреагировали на опасность и уже не успевали спрятаться за строй своих сил.
И на это уже отреагировала правофланговая конница врага. Сотни разномастно вооруженных всадников, от отлично вооруженных земельных владетелей, до тех, то едва смог позволить себе коня (а может и купив его в складчину) пришпорили своих коней.
Лучники фанатиков тоже попытались дать залп по моим всадникам, но тех было слишком мало, двигались слишком быстро и потому успеха навесной огонь тут не имел.
Впрочем, драки и между всадниками не случилось. Мои немногочисленные силы видя яркую угрозу, повернули коней и понеслись прочь, преследуемые врагами.
А те увлеклись.
Раскаленное солнце отражалось от сверкающих доспехов тяжелой конницы. Громкий топот копыт сотрясал землю, а воздух наполнился ржанием коней. Стройные ряды одоспешенных всадников, несутся вперед, почти как единый организм.
Преследуя отступающих, их орава слишком приблизились к хвостатым стрелкам, и попали под ружейный огонь. Пули, точно град, посыпались на людей и коней. Они засвистали у всадников в ушах, и вот уже где-то послышался стон, где-то упала лошадь, относительно ровная линия сломалась, вытягиваясь и дробясь на отдельные отряды. Не прошло и нескольких минут, как пятая их часть была перебита, но оставшиеся в живых отчаянно рвались вперед, не видя ничего, кроме спин преследуемых.
Так как это была не профессиональная кавалерия, малая часть конницы врага, эти отдельные отряды повернули в ужасе прочь, видя впереди себя гибель и перепугавшись. Как правило это были самые плохо вооруженные люди.
А основной отряд летел вперед, пока их не завели на левый фланг, где их уже поджидали хобгоблины, клановый отряд и крупный (по моим меркам) отряд оборотней. Все, яростно взревев и завизжав, бросились вперед.
Кони, чувствую дух оборотней, жутких для них чудовищ, пугались, брыкаясь и сбрасывая седоков, топча их крепкими подковами и проминая броню, давя шлемы, ломая конечности. Они кусали других коней, которые им мешали, и гибли, разрываемы когтями, пронзенные копьями… Всадники пытались биться, но увязнув в окружении нелюди, гибли один за другим. Они были бы уже и рады отступить, но кто же им даст.
Когда некому прикрыть спину, то сражаться становиться невыносимо, каким бы храбрым и умелым воином ты ни был.
Вскоре с ними было покончено.
Уничтожив половину вражеской конницы, я перестроил часть своих сил. «Страшилы» и Стая пошли в обход, охватывая их правый фланг, который уже никто не прикрывал. Интересно, что чувствовали фанатики, когда вместо их товарищей показались окровавленные псоголовые и стая очень крупных хищников, которые трусцой отправились в фланговый обход.
Неизвестно, насколько люди были этим потрясены, однако не отреагировать на это они не могли. У противника тоже началось перестроение, порядки сломались — конница с их левого фланга начала менять положение, а лучники, держа запасные пучки стрел, бегом отправились наперерез «Страшилам» и оборотням.
Впрочем, их конница меняла положение не для того, чтобы прикрыть левый, оголенный фланг. Как мы потом узнали, они просто хотели показать «дуракам, неумехам и трусам» как надо правильно сражаться и проявлять храбрость.
Сверкая сталью доспехов, копий и клинков, они, набрав скорость, врезалась в плотные ряды баталии Белых Быков.
Грохот копыт, лязг стали и стоны раненых сливались в оглушительный рев. Но едва конница погрузилась в гущу боя, как мои аркебузиры и стрелки выступили вперед и начали их обстреливать. Громкие залпы разрывали воздух, и ряды вражеской конницы поредели. Кони пятились от стены людей и копий, который то тут, то там пронзали кого-нибудь из живых. Охваченные паникой, всадники начали отступать, но их отход преградили наши вассалы, вышедшие из резерва, а также, в первую очередь — псоглавцы. С флангов и тыла обрушился на них град из ударов мечей. И они тоже дрогнули. Командир конницы, остервенело размахивая мечом, пытался собрать разбегающихся всадников, но его крики тонули в грохоте битвы.