Эльфы, что с них взять. Гордятся своим бессмертием, презирают всё живое. Их мир — застывшая картина, идеально расписанная, без единой трещины. Вот только трещины уже идут…
«Каждый, ступивший на нашу землю, обречён». Эльфы, как всегда, напыщены.
Эти остроухие головы уверены, что могут сдерживать его силы, что в какой-то степени они уже доказали. Но они ошибаются, если думают, что он оставит их в покое. Леса для них — дом, а для него — лишь поле боя и кладовая ресурсов. Его народы тоже смогут прекрасно жить в вечных лесах.
Они не собираются нам давать пощады, значит, и мы не будем им давать её.
А ещё, надо отдать должное, Живоглоту и Резаку удалось потопить ладью асраев на обратном пути. Небольшой кораблик, с десяток-других членов экипажа. Лесные эльфы, конечно, дрались, как бешеные и дорого продали свои жизни. Но против пушек и стаи разъярённых после поражения крыс у них не было шансов. Почти всех изрубили, но удалось взять парочку в плен, посадив их в клетки.
Клетки везли в Штайнхох. А вместе с ними по всем дорогам, мостам и селениям шли глашатаи. Они, с важным видом размахивая бумажными свитками, выкрикивали что-то вроде:
— Миролюбивая наша политика попрана разбойничьими действиями наших, к несчастью, соседей! Но мы не дрогнули перед лицом этой угрозы! Наши доблестные силы защищают нас! И вот доказательство!
Доказательством, разумеется, служили головы эльфо-тварей, клетки с пленными.
Интересно, готовят ли остроухие ответ на экспедицию? Много ли у них лесных драконов? Может стоит ресурсы перенаправить на изготовление тех же стрелометов…
У эльфов, как у всех высокомерных уродов, привычка такая — разговаривать так, будто тебе одолжение делают. Лес у моря в этом деле выделялся особенно. Эльфы тамошние смотрели на всех свысока: люди, гномы, орки, да хоть крысы — никто в их глазах и гроша ломаного не стоит. Сами они, конечно, вершина природы, потом идут их деревья, потом животные, и уже на самом дне — все остальные. Даже другие эльфы их терпеть не могли.
А когда с ними пытались говорить по-хорошему, то это заканчивалось так, как всегда. Тут Шлиц узнал, что как они с Вольными договаривались. Первая делегация людей получила стрелу в живот ещё на подходе к их «священным» землям. Оставшихся в живых отвели к старейшинам, где их, как полагается, обругали за «осквернение земли своими грязными ногами». Освежевали послов заживо, магией удержали в них жизнь, нашили на кожу оскорбительные письма, и сбросили тела прямо в лагерь сопровождающих. Всё это, разумеется, сопровождалось словами о вечной гармонии природы.
Зеленые защитники природы. Твари.
Вновь взглянул на голову…
Ей повезло. Или не повезло. Кто знает?
Если бы её взяли живой, долго бы не прожила. Крысы после всего пережитого замучили бы пытками. Попадись она людям, то те держали бы её только ради собственного развлечения. Эльфы Приморского Леса заслужили такую ненависть, что никто бы и не попытался их удержать. Не за что их было жалеть. Сами виноваты. Не нужно было так поступать с пленными.
Говорят, это их командиры нарочно делают — чтобы отпугнуть своих же от мысли сдаться. Мол, после того, что ты с пленными творил, сдача станет не только позором, но и приговором. Может, и так. Но мне эти эльфийские игры до одного места.
Люди, после насилия её, конечно, убили бы. Или, если удастся, продали. Да, за армией всегда таскаются подозрительные личности, у которых на всё есть покупатели. Во многих краях рабства как бы нет, но попробуй докажи обратное. Особенно если товаром окажется эльфийка. А в большинстве земель рабство вполне себе процветает.
Вампиры, например, обожают эльфов. Говорят, кровь у них сладкая. Гоблины — те просто едят их. Тёмные эльфы — это вообще отдельная песня. Торговля с ними якобы запрещена, но плюньте в лицо тому, кто скажет, что её нет.
Она была определенно красивая. Длинные белые волосы с зеленоватым отливом, тонкие губы с запекшейся кровью. Мелкие зубы стиснуты в порыве боя, между ними запеклась кровь. Наверное у неё и пальцы были такие же — тонкие, словно у музыкантши. И запястья хрупкие, что боишься сломать, даже если просто дотронешься.
Говорят, они бессмертны. Ну, почти. До пятисот лет, ходят слухи, у эльфиек лица выглядят как у двадцатилетней людской девушки. Кто знает, сколько ей было? Может, сто, а может, тысяча. Разве это что-то меняет?
— Выварите, вычистите, а череп отдайте Скронку Резаку в коллекцию. Это его трофей.
С хрустом потянулся, оглядел всех сидящих в зале.
— Всё, больше сегодня никаких обсуждений не будет! Все бегом за дела! И я пройдусь.