Доктор поклонился Роузу. Но в то же время он бросил на Пазела взгляд, полный отчаянной мольбы.
Внезапно с «Джистроллока» раздался голос на ломаном арквали.
— Великий Мир, который вы обещать! Не настоящий! Ненастоящая вещь! — Это был один из сфванцкоров, огромный молодой человек с жестким, изможденным лицом. — Вы лжецы, старый путь, старый мир, который пришел конец! Плохой вера, ложные доктрины! Они умрут повсюду, и лучшие люди...
— Малаброн, ты не вправе говорить! — рявкнул старший сфванцкор. Молодой человек смущенно замолчал. Затем адмирал Куминзат заговорил снова.
— В самый темный час ночи на нашего Отца, только что вышедшего из святилища, напал зверь. Неестественное существо, мерзость с крыльями. Там была ужасная битва, с огнем и заклинаниями. В конце концов Отец убил это существо с помощью своих учеников, но оно убило одного из них...
Куминзат поперхнулся последними словами. Он резко вздохнул и продолжил.
— ...и нанесло Отцу смертельную рану. Его ученики не смогли спасти его. Но перед смертью он указал через воду — на твой корабль.
При его последних словах мзитрини снова взорвались, и арквали последовали их примеру. Пазелу оставалось только прокричать грубый перевод на ухо Роузу.
— Скажи ему... — прогремел Роуз голосом, привыкшим перекрикивать бури. — Скажи ему, что даже мы ожидали, что Мзитрин будет соблюдать договор дольше, чем день. А потом скажи ему, чтобы он убрал свой корабль подальше от нашего носа, пока мы не обиделись. И пусть идет в Преисподнюю со своими безумными историями!
Арквали одобрительно взревели: «Скажи им, скажи им, смолки!» Пазел поморщился. Он не мог представить себе ничего такого, что ему меньше всего хотелось бы сказать. Он невольно взглянул на Чедфеллоу: доктор настойчиво покачал головой.
— Переводи! — рявкнул Роуз.
Пазел внезапно почувствовал тошноту. Вокруг него матросы и морские пехотинцы кричали, подбадривая.
— Капитан говорит, — начал он, мгновенно заставив толпу замолчать, — он говорит, э, что он ожидал, э, что договор продлится дольше, чем один день...
— Мзитрини мальчика заржавел! — воскликнул Чедфеллоу. — Позвольте мне продолжить, сэр...
— Это ложь, — сказал молодой сфванцкор по имени Малаброн. — Мальчик говорит прекрасный. Менее прекрасный этот доктор.
— Продолжай, Паткендл, — сказал Роуз. — Чедфеллоу, еще раз перебьешь, и я закую тебя в цепи.
Внезапно Пазелу пришла в голову идея, настоящее откровение. Он должен рассказать мзитрини все, на их языке, прежде чем они уплывут. Отец Таши может не преуспеть, а если этого не сделает он, то больше никого нет. Это должен быть Пазел, и это должно произойти сейчас. Но почему у него так кружится голова?
— Этот коротышка Ормали, — усмехнулся Ускинс. — Он тянет время!
Нипс положил руку ему на плечо, успокаивая его. Пазел наклонился, положив руки на колени. Шум, жара, вонь разгневанных мужчин: не от этого ли ему стало плохо?
И вдруг он понял, что это не так. Он поднял глаза на Нипса.
— О боги наверху, приятель, — прошептал он, закрывая уши.
Нипс все понял в мгновение ока:
— Этого не может быть! Прошло всего три дня!
— Я чувствую это, — сказал Пазел. — О, кредек, не здесь, не перед столькими людьми...
— Капитан! — крикнул Нипс. — Мой приятель болен! Пусть Чедфеллоу переводит, Пазел не может...
— Сержант, — сказал Роуз.
Дрелларек пролаял приказ. Внезапно турахи схватили Нипса и Чедфеллоу и потащили прочь. Роуз взял Пазела за рубашку обеими руками и поднял его на перевернутый баркас «Чатранда». Его огромная рука, как тиски, сомкнулась на затылке Пазела.
— Говори! — прогремел он.
— Лги! — крикнул Нипс на соллочи, исчезая за лестницей.
Роуз не дурак, подумал Пазел. Он поймет, что я искажаю сообщение просто по реакции сиззи на мои слова. Сначала мне придется перевести. Иначе он задушит меня прежде, чем я смогу что-либо объяснить.
Но как долго его собственный разум будет ему подчиняться?
Пазел прочистил горло и крикнул:
— Капитан Роуз говорит, что существует договор, и нет причин обижаться, потому что, в конце концов, один из вас женился на одной из нас, мы счастливы и рады и ожидаем самого благородного — детей.
Куминзат недоверчиво уставился на Пазела. Некоторые из сфванцкоров покачали головами.
— Скажи ему, что мы не убивали его кровавого Отца, — сказал Роуз.
— Он очень сожалеет, что у Отца пошла кровь. И он умер.
— И мы можем урегулировать это с пушками, если он сомневается в моих словах.