- Да. Лисеныш, именно так. У меня, знаешь ли, на лицо симптомы одной нехорошей болезни. Паркинсон называется.
- Упарываться меньше надо было.
- Возможно, не поспоришь.
Кое-что уже ясно. Док нас кинул, кинул ради какой-то своей цели и непонятно: нужно ли мне ее вообще знать или стоит подохнуть именно как есть. Не думаю, что он меня отпустит, хотел бы, развязал бы давно.
- А кто такая Рэд?
- Крысолов. Гаммельнский крысолов. Она, к слову, не совсем человек, потому и фригидная по самое не балуй, это ты верно подмечал и даже делился со своей сестрицей, угу.
Я охуеваю и ничего не понимаю.
- Непонятно, судя по всему?
- Пиздец как.
- Да то не суть. – Док сладко потягивается и зевает. – Бля, скоро оно все закончится. Жаль, вряд ли смогу добраться до твоего ебучего Комбрига, почти обломавшего всю малину.
Я смотрю на него, чуя, как руки и ноги все больше предательски затекают.
- Главное, что ты должен понимать, Лис, так это природу моего ебаного монолога. Хочешь ее понять?
Мне похер на его причину, но что ждать от торчка с какой-то болячкой и несущего сущую пургу? Лучше послушать, глядишь, дольше проживу.
- Твой дружок Комбриг знает очень серьезных людей там, наверху. И я их знаю и они меня сюда отправили с определенной задачей. Только, суки, не учли масштаба всего пиздеца, творящегося здесь и сводящего меня с ума. На пару с Паркинсоном, сука. Я хороший врач, Лис, у меня нет никаких последствий, но начало болезни я поймал и знаю, что меня ждет. А вот у тех, кто отправил сюда Рэд, есть возможность подарить мне куда более долгую и здоровую жизнь.
- Ты хочешь стать кадавром, Док?
- Типун тебе на язык, уебок, нести такую хуйню. Нет, я хочу кое-что получше и за плату, достойную такого вмешательства в мое будущее.
- Ты хотел сдать кому-то Гексагон?
- Да. – он соглашается не задумываясь. – Именно так. И был в паре шагов от всего задуманного, распланировал все и расчитал необходимые ходы в партии. И даже был склонен взять тебя с собой, вместе, конечно, с сестрой. Даже, скорее из-за нее, нахера ты мне нужен, упертый злобный звереныш?
- Сука ты двуличная.
- Ты еще харкни в меня, Лис, если получится. Так, сука и горишь праведным гневом. А что я должен делать – думать о каких-то упертых упырях, засевших внизу и дерущихся с машинами уже какое поколение подряд? Да мне что на них насрать, что на тех, кто меня сюда отправил и забыл о том, чтобы дать хотя бы возможность вернуться к нормальной жизни. Всем похуй на меня, почему я должен думать о других? Знаешь, что прикольно?
- Ну?
- Ты никогда не видел кино. А я видел. И вот в такие минуты и такие разговоры обычно ведет злодей и его жертва, главный герой, как правило. Прямо воттак вот пиздят о самом важном и злодей изливает душу, прежде чем погибнуть в решающей, из последних геройских сил, схватке. Как думаешь, почему, зная законы кинематографа я все равно делюсь с тобой сокровенным?
- Может, потому что ты долбоеб?
- Ты забыл добавить – сказочный, мой юный друг. Хуй с тобой, уговорил!
- Да я и не пытался.
- И что? Чем не повод воспринять как просьбу трагичный взгляд твоих юных негодующих глаз?
- Док…
- Э?
- Ты до хера и не по делу пиздишь.
- Ну, и что ты будешь делать, а? – спрашивает Док у потолка. – Никакого уважения к старшим.
- Так на что я тебя уговорил?
- Заинтересовался? – радуется Док и мне все больше не нравится колюче-острый взгляд его глаз.
- Да.
- Во-первых, мой юный друг, дам тебе возможность сразиться из последних сил. Я ничего не теряю, ты примотан достаточно, чтобы нарушилось кровообращение и это не главное. Главное тут другое, главное, что стимулятор неплохо бы разогнать по крови. А как его разгонишь, если тупо перережу тебе, беззащитному, глотку, верно?
Я молчу, понимая – шанс все же есть.
- Ты смотри, как глаза заблестели… - смеется он. – Ну, а во-вторых ты уговорил меня рассказать чуть больше о твоей рыжей подружке. Итак, Лис, она вовсе не человек. Скорее – кибернетический организм, с преобладанием органической составляющей в вопросах физики, химии, анатомии и прочих особенностей ее тела, а вот управляет этим всем совершенно нечеловеческий мозг. Порадуйся, ведь даже под Быком из первого отряда она не верещала и не кончала, а уж у него болт такой, что тебе с твоим вялым только завидовать остается.
- Ты еще и гондон, гондон-дрочила, подсматривающий за другими.
- А мне что-то еще остается?! – вдруг визжит он и вскакивает. – А?!
- Ты импотент. – говорю я и смеюсь, замирая от страха. – Или того хуже – евнух. Хуйло без члена, блядь.
- Пизда тебе, уебище, - обещает Док. – Вставай, блядь, мудило.
Я встану, встану… Стимулятор, говоришь? Ну-ну, потанцуем, из последних сил, блядь.