- Идиоты, - говорит рыжая. – Эмоционально неуравновешенные идиоты. Вы уничтожили настоящее чудо ради своих тупых мыслей о свободе.
Чудо? А, ясно…
- Я давно хотел сжечь Гексагон.
- А то мне неизвестно, - говорит она и смотрит через Васькино плечо. – Дикая тупая тварь.
- Иди ты нахуй, пизда стальная.
- Идиот, - смеется рыжая Рэд, гаммельнский крысолов, кибернетическая баба с ухватками убийцы. – Она у меня настоящая, тебе-то ли не знать... Не хочешь присунуть напоследок, а?
- Да пошла ты…
- Знаю, знаю, куда мне идти. Что, дурачок, у нас с тобой патовая ситуация?
Я не знаю, что ответить. Я не знаю, что такое патовая.
Потом до меня доходит. Суть некоторых вещей не меняется, как ты их не назови. У нас, сука, тяжелая и опасная ничья. Мой КС-23, смотрящий на нее и его последний заряд против моей сестры, удерживаемой как живой щит. Наверное, где-то такая ситуация и называется патовой.
- Хочешь договориться, Лис? – снова смеется рыжая и становится ясно – на такое она не пойдет. – Тебе нечего мне предложить, крысеныш. А мне тебе предложить кое-что есть.
- И что?
- Быструю смерть. Если ты прямо сейчас положишь свою ружбайку и поднимешь руки.
- Тебе оно зачем?
- Меньше ненужных действий, меньше потраченного времени, больше спокойствия. Я взяла-то ее с собой только из-за тебя, нервного долбоеба. Чтобы ты не свалился мне на голову невовремя. А ты взял и свалился, сученыш. Дока, думаю, укокошил?
- Уконтропупил.
- Лингвист ты херов, Лис, больше нет никто.
Я слушаю ее и пытаюсь понять – почему слышу слова Дока, сказанные ее голосом.
- Я самообучающийся организм, усовершенствованный с помощью имплантов и кибернетики, дубина, - говорит Рэд, - я учусь постоянно, получая новые навыки во всем полезном и нужном.
- Зачем?
Зачем я ее все это спрашиваю? Затем, что надо тянуть время, надо крутить петли вслед ее движениям, надеясь на допущенную ошибку. Рэд не человек и это, с одной стороны, плохо. Обычно нелюди не совершают глупостей. Но рыжая Рэд не контроллер, не кадавр, она что-то иное. И ее обучаемость, как знать, вдруг сыграет плохую шутку с хозяйкой этой самой самообучающейся системы? Вдруг она оступится, вдруг обратит внимание не на то, что нужно, вдруг прислушивается к чему-то, сказанному мною.
У меня последний заряд, у меня пуля калибра 23 миллиметра, сделанная из совершенно чудовищного сплава. Я видел, как она пробила насквозь кадавра. Я знаю, что если выстрелю точно, то не задену сестры.
Потому нарезаю петли вокруг этой рыжей манды и жду, когда та ошибется. У меня один шанс.
- Знаешь, Лис, почему мне нравится творящееся?
- Тебе не должно нравится, сука ты фригидная.
- Тразаться с тобой было отвратительно, кусок ты дерьма. И было бы еще из-за чего трахаться. Никакого толка, только допонительное медицинское вмешательство. Биологическую часть ты мне повредил и инфицировал.
Я скриплю зубами, понимая – она играет в ту же игру, что и я, тварь ебаная. Ошибись, ошибись.
- Хочешь начать диалог?
А?
- Тебе необходима стимуляция? – рыжая смеется одними глазами. – Сам понимаешь – сейчас никакого тока, сейчас будет больно не тебе, но тебе тоже, но потом.
Сука! Тогда, две недели назад, это были не сны, это…
- Да, дурачок, - она возвращается к своему привычному голосу, - я тогда изучала тебя. И не только тебя. Жаль, потом не получилось, Док бы понял, он сильные седативные нюхом чуял, особенно, когда те аэрозольные. Да и черт с ним, с отсутствием возможности ударить тебя током. Я б тебе лучше засунула что-то подлиннее, да погрубее, как кусок херовой срезанной трубы и поглубже. Чтобы ты орал и плевался кровью, пока умираешь в наказание за сделанное вами, тупыми паскудами, просравшими собственный мир и теперь старательно уничтожающими все остальное, пока работающее. Вы, люди, самый настоящий биомусор. Как тараканы, которых просто и незамысловато нужно травить. Скоты сраные.
Глаза Васьки становятся больше, она открывает рот, ладонь Рэд стискивает ее горло и…
В Гексагоне быстро привыкаешь почти что видеть затылком, чуять опасность, ощущать нейтрально-редкое спокойствие. Глаза, понятное дело, никто себе не отрастил, просто уметь надо. Пустота за спиной сама подскажет – чего ждать?
Воздух, вот он наш лучший друг и союзник. Запахи, легкое движение, меняющаяся температура.
От капо всегда пахнет чем-то жирным, нередко воняет самогоном, а еще от них пахнет чистотой, у капо есть душевые каждый день. Нам позволено встать под наполовину работающие лейки раз в неделю.
Если капо хочет ударить, движение может его выдасть. Это въедается в подкорку, даже если он осторожен. Чуть скрипнет рукоять палки, тихо повторит этот звук подошва на развороте, едва уловимо капо хакнет, замахиваясь. Воздух наш друг, а на затылке нет глаз, просто есть опыт.