- Сука! Твари! Паскуды! Чтоб вы сдохли!
Последнее сказано зря. Даже у стен есть уши, а у нас уши с двумя ногами, с системой слежения и стукачами, и когда нас корчит от дрожи, продирающей до печенок, эти уши лишь похахатывают.
Капо, нацепив наушники, ходят в коридорах, поигрывая палками. Наушники подавляют сирену, а вибрация направлена вниз, с потолка, там стоят рентрансляторы и они никак не повредят капо.
Капо всегда сытые, одеты с иголочки и даже щеголяют в черных робах кадавров. Капо лоснятся от удавшейся жизни и любят, когда их крысы с утра срываются.
Капо такие же крысы, как мы, только предавшие себя и нас, людей-крыс. Док, он у нас умница, начитанный интеллектуал и эрудит, говорит, мол, само название «капо» пришло к нам из какой-то давней и страшной войны. Док называет её Войной и заявляет, что сравниться с ней ничего не могло. И что «капо» были точно такими же надзирателями, как наши ублюдки.
И капо обожают слышать о себе всякую хрень. Из-за последующего. Балаболы, позволяющие себя такое, знают, чем кончится. Но сдержаться же так сложно…
- Отряд, стой! На месте, бегом – марш! Раз-два, раз-два, раз-два! Выше задираем колени, зассанцы! Выше!
Про зассанцев ни хрена не фигура речи. После забытья, считающегося у нас за сон, в сортир хочется просто люто. Работающие сортиры и умывальники в конце каждого коридора с камерами-отсеками. Внутри нам такие условия не положены, захотел ссать ночью, или чего серьезнее, так терпи.
И сейчас, заставляя нас прыгать на месте, капо выжидают – кто не сможет сдержаться.
- Полуприсяд, крысы, руки вперед! Раз, встали, два, сели, раз-два, раз-два, раз-два!
Кто-то, живя в камерах, занимается собой, кто-то нет, а кто-то просто болен. Но все выполняют приказания капо, потея, бледнея, хрустя суставами и жутко сопя. Мимо трусит соседняя камера, парни с нашего же отряда, уже бегущие в конец коридора на утренний отлив. Нам остается только провожать их взглядами, завидовать, мечтать и надеяться на завершение экзекуции.
- Ты смотри, как они любят физо, а?! Продолжаем, петушки, прыгаем бабочку!
Присели, прыгнули, руки – хлоп над головой. Присели, прыгну…
Почему бабочка? И какая она вообще, бабочка? И кто это?
- Раз, два, раз, два, раз… А у нас тут чемпион, отряд! Настоящий, мать его, чемпион по зассыву!
Верно, сзади тянет свеженамокшими штанами, вполне ожидаемо после физзарядки. Меня самого постоянно так и тянет сжать ноги.
Треск, еще треск. У капо два вида палок – обычные и электрические, и сейчас в ход пошла вторая.
- Стоять, крысы!
Стоять, не оборачиваться, молчать, делать вид, что тебя нет. Если кто залупнется – изгваздаемся все, не дадут нам добраться в санузел.
Палка трещит, бедолага кричит и скрипит зубами, воняет все сильнее. Капо знает свое дело: разряд в брюхо, удар по почкам и еще разряд в пах. «Дожимайка» называется, чтоб все до последней капли.
Мрази.
- Все, больше не надо никуда бежать?
В ответ молчание, скрип зубов и взгляд. То, что нужно капо, то, что им удача прописала.
- А кто тут у нас говорил о всяком непотребстве с нашими жизненными циклами? – старший капо как-бы интересуется у отряда, желая чтобы стуканули. Все молчат, но капо не расстраивается. Он и так знает, кто ляпнул.
- Пять-полста-один, за такое оскорбление присуждаем тебе…
Обычная палка гладкая, блестящая полимером покрытия, шлепает по ладони. Влажно и многобещающе, как раз к таким клешням как у старшего. Ручищи у него огромные, если растопырит пальцы и положит сверху на голову нашему полста-первому, может и сломать.
- Чистку сортира после всех отрядов! Правда, противно?
Всё как всегда и как обычно, всё по их замыслу.
Одному – лежать, уничтоженному морально и скрипя зубами от физической боли. Второму, перданувшему лишние слова – час-два-три отдыха. А может и больше, смотря как пойдет. Дизраствор, брандсбойт, жесткая щетка на длинной ручке убирают что угодно, особенно, если приложить усилие. И если с капо попытаться наладить отношения, а такое возможно, капо легко разрешит провести в санузле хоть всю рабочую смену.
А вот потом…
Накопившаяся злоба потребует выхода, а этого они и ждут. Хочешь выпустить пар, размолотить в крошево рожу тому пиздоболу-счастливцу, что сперва вякнул, потом гасился от работы, пока ты, отпизженный и обоссавшийся, отправленный на самую тяжелую и дальнюю хрень, впахивал на ней? Конечно, хочешь, все всё понимают и…
- Милости прошу к нашему шалашу, - хрюкнет, закисая от довольного смеха, старший капо нашего блока и проводит обоих вниз. В Нору.
Хочешь мордовать кого-то до багровых соплей, белой кости из разлохмаченной плоти, сердца с легкими, пробитыми треснувшими ребрами? Выходи и дерись, бои разогрева так и делаются. Ну, может не со всеми, может, не сразу, а как пойдет, но…