Ладно, куда я иду? Правильно, в бордель, под красный фонарь.
Под фонарем проем, за проемом коридорчик, по бокам там парочка душевых, ведь к девочкам только чистыми, а дальше два рядка клетушек с местными блудливыми королевами. Вот туда мне и прется, туда-то меня и ведут мысли о той смачной рыжухе, виденной два раза днем и доведшие меня до самого настоящего звона в яйцах. Как, в рот компот, такое вообще возможно?
А не знаю. Но как-бы застолбить очередь к Ласке стоило прямо сейчас, если типа есть свободное место в ее плотном графике, конечно. Для других, вроде как, хотя на самом деле…
- Здорово, Лис.
- Здорово, Крюк.
Здесь правит Крюк. Крюк никогда не был чемпионом, ведь чемпионом становишься только если живешь и бьешься в Норе, бьешся с приходящими и такими же как ты. Крюк именно приходил. Крюку на конвейере выдрало несколько пальцев правой руки и размозжило кисть с запястьем. Док посмотрел, плюнул, глянул в глаза уже бывшего бугра и достал несколько вещей.
Две ампулы анестетика собственного производства. Жгут. Большой ампутационный нож и блестящую пилу. Через сколько-то минут Крюк заимел шанс остаться живым, а не сдохнуть от гангрены, а Гексагон заимел очередного НТБ. Капо же не дураки и прекрасно понимают, что такой кадр, сумевший как-то раз ухайдакать даже Керча, не стоит упускать.
Крюку заебашили протез, да-да, с тем самым крюком, и поставили руководить нашим ЦПХ. Ну, в смысле центральным пиздохранилищем.
- Ты как обычно, злодей?
- Желательно. Есть же такая возможность?
Крюк, уж точно прикидывая «надо-не надо мне все это дальше?!», хмыкает, блестит желтыми крупными зубами, кивает бритой головой и щурится хитрым маленьким серым глазом.
- От сердца, дружище…
- О, Лис, да ты у нас растратчик! - донеслось из-за спины и Смола, довольно фыркая, воззрился на ту самую зажигалку, найденную в коллекторе моими «рыбаками».
- Ты меня раскусил, папаня.
- Само собой. – Смола, уже снова тискаетЧернь, липнущую к нему как… как смола, что смотрит на меня совершенно добрым взглядом. Таким, знаете ли, типа все о тебе знаю, хули святого из себя корчишь?
- Ну, еще поупражняемся в красноречии?
- Ты, Лис, какой-то нервный, - вроде как должным возбуждать томным голосишкой с хрипотцой мурлыкает Чернь. – Тебе нужно давление сбросить.
- Да завали ты ебало, - делюсь с ней я, - я ж тебе не советую, как у капо-три за щеку брать, да?
Смола, тяжело уставившийся на меня свинцовым взглядом, хрустит пальцами своей кувалды. Не, брат, а чего какая-то там блядь учит меня жизни? Чего ты хочешь, если сказанное чистое правда? Поберечь твои чувства? Да ты, сука, и впрямь сраный лорд Байрон или еще какой долбаный хуеплет с высокими идеалами. Все, мать ее, знают, что капо-три обожает пердолить именно эту шлюшенцию и даже сегодня, если господину капо моча ударит в кочан, куда он жрет, пьет и порой думает, то он придет и снимет прямо с любого члена, за-ради ее красивого жопасто-грудастого инструментария.
Но…
Думаю, что наш главбугор таки не простит меня за чистейшую незамутненную правду и ждать мне неприятностей. Да и хер с ними.
- Пошли, братец, - я хлопаю его по плечу. – Сегодня там какого-то мутанта обещали. Позырим, что.
Чернь, паскудная проблядь, дырявит во мне дырку, откровенно ненавидя. Но мне как-то все равно на ее эти потуги. Она ж просто сраная шалава, вот и все.
Глава 12: 45 дней до…
Крысоволк…
Док, любящий под кайфом трепать всякие байки рассказал про зверюг, называемых мамонтами. Мол, жили-были на Земле-матушке здоровущие твари Божьи, размером с половину большой платформы, с клыками-бивнями и покрытые самой натуральной шерстью. Жили, не тужили, паслись в огромных лесостепях, гоняли всякую шелупонь навроде саблезубых тигров и пещерных медведей, в общем, были капо-ди-капи всей округи. Но все идет, все меняется, огромные степи ушли в прошлое, по поверхности поползли ледники и зверье начало дохнуть.
И, мол, большое стадо мамонтов забралось по леднику на кусок суши. Ледник потом растаял, вокруг раскинулся океан, а мамонты так и остались на той самой суше, ставшей островами. Группой островов. И…
И выродились. Из великанов превратились в крох, чуть больше собаки размером. Собак, правда, мне видеть не довелось, но тон Дока четко дал понять – запарафинилась мамонтятина по полной программе. Почему?
- Из-за ареала обитания, ограниченного территорией островов, рациона и самого сужения жизненного пространства, - Док тогда поднял палец и уставился на него. – В общем…