- Выиграю, так хер надве недели, новая роба мне нужна. Договорились?
Отступать назад в такой ситуации не стоит никому и глав-капо так не поступит. Кивает и отворачивается, стараясь не коситься на почти бесцветные Васькины соски, сливающиеся с грудью.
Новую палку ей не дают, мол, забери оставшуюся от прежнего героя. Переживаю ли я?
Само собой, сука, переживаю. Только стою, как вкопанный и стараюсь не шевелиться, лишь заставляя себя смотреть на нее, юркнувшую через отогнутую сетку и успевшую прокатиться по полу к мертвому Пике.
На малолетке, среди стада будущих номеров, нам довелось частенько драться. От такого не отвертишься, даже если есть авторитет. Авторитет штука такая – всегда найдутся желающие его разрушить, забрать себе твое теплое местечко, вкусный кусок доппайки и прочее говно, считающееся в Гексагоне чем-то пиздатым. Хули, порядки у нас такие.
Васька, хитрая тощая выдра, дралась как в последний раз. Почему называю ее выдрой? А хрен знает, это из разряда пугающих меня особенностей моей же башки: помнить неизвестное. Раз выдра, так есть в этом что-то, даже не сомневаюсь.
Так вот, моя названная сестренка схватывалась со своими конкурентками сразу, стоило кому-то харкнуть в нее ядом. Яда у этих подрастающих мразей хватало всегда, ведь ни у кого из не имелось в наличии братца Лиса. У Васьки имелся и причин ненавидеть ее, наглую тощагу, сразу стало ровно на одну больше, чем для прочих.
Гадюка, гибкая и опасная, схватывалась с ней вообще постоянно, порой из-за полной хуйни. Ровно как в тот самый раз, когда в дело пошли гибкие хлысты из антенн, найденных малолтними крысами на разборе. Страшная хрень, перееби ей по харе, та сразу развалится пополам точно по линии удара. Врежь по спине, так вместе с кровищей отлетит и мясо. Никому не пожелаю драться на этой сволочной снасти, превращенной на малолетке в развлеченее «хлысты».
На «хлысты» вызывали. Совсем как на, спасибо Доку, сраную дуэль. Хорошо хоть, никому в голову не приходило приматывать к самому кончику стальной плети груз. Вернее, приходить приходило, только за такие фокусы твари, споровшей косяк, ломали руки. Медленно, начиная с пальцев и добираясь до плечевых суставов.
Грузик на конце хлыста, особенно если граненый, легко отправлял на тот свет. Или калечил, потому косячника или косячницу, сделавших подляну, никто не жалел. Навалились толпой, прижали к полу, а труба с наваренными гайками имеется в каждом отряде. Где как молоток, где как…
Гадюка вызвала Ваську из-за… Даже не скажу точно из-за чего. Гадюка не нравилась сестре, та не нравилась Гадюке, всякое случается. Развлечение ожидалось смачное, кровавое и с тем ебанутым градусом притягательности, когда интересно всем. Кроме пострадавшей, в большей степени, стороны.
Гадюка дралась умело, но Васька была не хуже. Я стоял и смотрел, как она заработала первый шрам на плече. А, да, законы малолетних крыс жестокие, никакой защиты. И никакой одежды. Сдается мне, такие правила придумали начинающие карлы и бугры, уже обросшие волосами по срамным местам, ногам и порой спинам. Типа – посмотришь, когда бабы голышом друг друга хлещут, и драть какую-то из своих девок еще слаще. Док, уже потом, пояснил за адреналин и прочие гормоны, выделяющиеся во время боев. Эт правда, после боев в Норе бабские вопли из ЦПХ перекрывали даже джаз-банду.
Васька заработала первый шрам, Гадюка словила в ответ и…
Пришли капо и все разогнали. Почему запомнил? Да все просто – я переживал за нее, серьезно, в первый раз. Прямо как сейчас, к такому не привыкнешь.
Крысоволк опоздывает на пару секунд, а Ваське этого хватает по уши.
Они расходятся, метнувшись в стороны, крысоволк тут же атакует, скакнув прямо на ее выставленную руку. Осталось лишь смотреть и любоваться. И думать – а не встречала ли она, а стало быть и я, этого голохвостого раньше? Там, в Джунглях, где вроде бы как наш дом?
Чересчур умело, спокойно и даже не волнуясь, она совершает самое настоящее обыкновенное убийство. Васька все делает чересчур привычно, как зная способ атаки зверя и зная – как ее отразить.
Точно, так и есть.
Крысоволк вцепляется в подставленную руку. Васька, странно качнувшись, на какой-то миг вбивает ногу в его хвост и, когда тот дергается отгрызть ее, отпрыгивает, ударив первый раз.
Прямо по одной из лап. Зверь странно хрюкает, щелкая зубами, и не может прыгнуть в ответ.
- Сустав сломала… - тянет восхищенный Смола. – Огонь, не девка.