— А уездный?
— Уездный — иное дело. Это его земля. Если допустить, что он сдался, то… Может, он надеется склонить абреков-грузин на нашу сторону?
Альфтан заметно оживился. Он наградил Сокола одобрительным взглядом, подошел к нему и положил на его плечо руку:
— Вы верный человек, Иван Сокол. Продолжайте, слушаю вас.
— Что еще сказать, ваше превосходительство? Капитан Внуковский способен на любую экстравагантную выходку, но он никогда не станет приспешником бунтовщиков. Он истинный слуга царю и отечеству, и он предан вам.
— Спасибо, Сокол. Спасибо. Только одной веры мало.
— У вас есть какие-либо доказательства его измены?
— Нет. — Губернатор вздохнул. — Но ведь если капитан, как вы говорите, не снял бы мундир добровольно, как мог в этом мундире какой-то абрек появиться на скачках? А?
— Ума не приложу.
— То-то и оно, капитан. То-то и оно. Мне предложено разжаловать Внуковского в рядовые. — Губернатор подошел к столу, вынул из папки срочных бумаг листок. — Читайте.
Строчки какое-то время прыгали у Сокола перед глазами: «… вижу в проступке капитана Внуковского… злой умысел… попрание воинского долга и чести офицера русской армии… Сим настоятельно рекомендую предать суду военного трибунала и разжалованию в рядовые…»
По самому слогу начальника канцелярии тифлисского военного губернатора Сокол понял, что полковник успел обезопасить себя. Это был ответ на его донесение. И теперь Альфтан искал в нем, в Соколе, сторонника своих действий, участника выработки решения, которое, очевидно, уже давно принято.
«Собственно, о каком еще новом решении могла идти речь? — размышлял Сокол. — Внуковский — если он еще не в руках мятежных горцев — уже на какое-то время избавлен от трибунала. Губернатор предоставил ему последнюю возможность избежать наказания. Значит, надеялся, что тот наизнанку вывернется, но принесет ему голову бежавшего абрека и тем реабилитирует себя? Вполне возможно. Тогда губернатор, как говорится, одним выстрелом убивает двух зайцев. И сам выиграет в глазах офицерства (суров, но справедлив, даже любимчика не пощадил!), и перед начальством останется на высоте (не допускает поблажек!)».
Размышления Сокола прервал голос губернатора. Полковник Альфтан вновь стоял перед картой.
— Итак, капитан, что бы ни произошло с нашими «героями», наша задача усложнилась. Я надеялся не сегодня завтра ударить по мятежникам всеми имеющимися в моем распоряжении силами… К несчастью, они невелики… Рассчитывал, что мой удар будет поддержан княжескими заслонами. А как быть теперь? А?
— Вы имеете в виду, что вожаки абреков могут знать план совместного выступления?
— Да, именно это я имею в виду, капитан. Именно это.
— У нас один выход, ваше превосходительство. Выступить без подготовки, чтобы упредить ответные действия противника.
— Пожалуй, вы правы.
Второй день с раннего утра вестовой докладывал Соколу, что губернатор прибыл в канцелярию и ждет его.
Вновь и вновь они проходили по карте путь от первых мятежных аулов до Цубена и Накити, прикидывая, где и как выдвинуть вперед артиллерию, где конницу, где постараться обойтись разведкой боем, а где пустить пластунов.
— Будь прокляты эти ущелья! — чертыхался Альфтан, так и этак распределяя силы двух неполных пехотных рот да роты егерей, которые были в его распоряжении.
Сокол отмалчивался. «Как предупредить повстанцев о выступлении и маршруте главных сил, как сдуру самому не подставить голову под пулю абрека?»
Альфтан же гремел, распаляясь:
— Разве это боевые действия? Разве это маневр? Да если десяток метких стрелков с хорошим запасом патронов засядет на этих скалах, то я тут без боя положу всех своих солдат!
— Да, да, — кивал головой капитан.
— Что «да, да»? Думайте, капитан, как нам сохранить силы и выманить этих обезьян из скал!
— Я думаю, ваше превосходительство, нам не стоит распылять силы. Надо применить тактику противника.
— Что? Тактика? Какая у них, к черту, тактика! Одно слово — абреки! Они, как волки, кидаются на стадо баранов, и, пока сторожа хватаются за ружья, в стаде нет двух-трех баранов, а волков и след простыл.
— Вот я и предлагаю применить их, с вашего позволения, волчью тактику.
— Говорите обстоятельнее, капитан.
— Предлагаю действовать так: группа стрелков выдвигается вперед, обнаруживает противника, завязывает бой, а тем временем вторая, более сильная группа окружает место боя, чтобы ускользнуть абрекам уже не удалось.