— Клык, подойди! — зовет Ксапа. Мы заранее обговорили, что если так зовет, то Мудр подходить не должен, а все охотники пусть держатся поближе.
Я подхожу, а Ксапа продолжает говорить с одним из чудиков.
— … Господи, всего один вопрос задали: будете вы уважать наши законы, или нет? И вы говорите, что не имеете полномочий!
— Оксана Давидовна, я вам третий раз повторяю…
— Идиот! Вы что, не понимаете, что любой из охотников имеет право вас убить!
— Как, прямо сейчас?
— Нет. Вот Мудр подойдет, спросит, вы ему скажете, что не имеете полномочий, вот тогда — да. А пока не спросил — вас никто не тронет. Клык, ты представляешь, — обращается уже ко мне Ксапа, — он не имеет полномочий уважать местные законы!
— Такой большой и такой глупый, — говорю я. И обращаюсь к знакомым чудикам, ИГНОРИРУЯ толстого. — Парни, вы бы пока в ВЕРТУШКУ залезли. А еще лучше — домой летите. Толстяк вас погубит своей глупостью. Старший должен быть мудрым.
— Что, так серьезно? — спрашивает Платон.
— Очень серьезно. Нельзя по чужой земле без закона ходить. Я вас позвал, я вас защищать буду, если что. Но этих троих я не звал. Платон, давай ты на нашей земле старшим от чудиков будешь? А этот пусть больше не прилетает.
— Заманчивое предложение, — сомневается Платон. — Но я же геолог, а не контактер.
Вспоминаю, что Ксапа о геологах рассказывала. Они, вроде как, охотники за камнями. Кто такие контактеры, потом спрошу. Но раз Ксапа о них не говорила, значит в нашем обществе таких нет.
— А я — охотник. Ксапа тоже охотник. Раньше геологом была. Ты здесь хоть одного контактера знаешь? Я ни одного не знаю.
— Вот контактер, — кивает Платон на толстого.
Я даже теряюсь.
— Послушай, Платон, он нас не уважает, мы его не уважаем. Не нужен нам такой контактер. Пусть улетает, откуда прилетел, и больше у нас не не появляется.
— Подожди минуту, — говорит мне Платон, сует голову внутрь хыза и спрашивает у кого-то внутри: — Запись ведется?
— Ведется, — раздается изнутри знакомый голос Петра.
— Последние слова записаны?
— Записаны ясно и четко.
— Вадим, Артур! — рявкает вдруг Платон, — Убрать прикомандированного из зоны контакта! И все в машину!
Два чудика берут толстого под локти и, не обращая внимания на его возмущенное бормотание, ведут в летающий хыз. «Что вы себе позволяете?!»
— последнее, что я от него слышу.
А Ксапа уже цапается со вторым новичком.
— … Да куда я вернусь? По всем вашим документам я мертвая.
Квартиру наверняка продали, вещи пропали. Мне даже жить негде!
— Квартиру мы вам устроим, документы восстановим, зарплату за год и компенсацию выплатим.
— Нет, Трофим Гаврилыч, я остаюсь здесь.
— Оксана Давидовна, вы не поняли, это не просьба. Я, как ваш непосредственный начальник, приказываю вам вернуться на базу.
— Нет, это ты не понимаешь! — громким звенящим голосом осаживает его Ксапа. — Мой начальник — Тырин! Тебя я в первый раз вижу. Может, ты не заметил, но я сменила гражданство и прописку. Вышла замуж и не собираюсь покидать семью.
— Ксап, к нам Мудр идет, — вполголоса предупреждаю я. Ксапа оглядывается.
— Мудр, это мои друзья мимо пролетали, на минутку поболтать со мной сели, — кричит Ксапа почему-то на языке чудиков. — К тебе они послезавтра прилетят!
— Хорошо, тогда ты за них отвечаешь, — Мудр разворачивается и идет в свой вам.
— Два дня я вам отыграла, — говорит Ксапа Трофиму. — Такой цирк, как сегодня, больше не устраивайте. Вы не понимаете, насколько все серьезно.
Разговор уже идет на пороге летающего хыза. Чудики внутри, мы снаружи.
— Да, вы вещи из моего списка привезли? — спохватывается вдруг Ксапа.
— Оксана, вы же знаете разрешенный список товаров для обмена с первобытными племенами.
— Ежкин кот! Где вы тут первобытных нашли? — возмущается Ксапа и кричит: — Жу-ук!
Подбегает пацан, которого она обзывает Вундеркиндом.
— Звала, тетя Ксапа?
— Скажи дяде, чему равен квадрат гипотенузы?
— Квадрат гипотенузы равен сумме квадратов… Я забыл, как они по-вашему называются. Ну, двух других сторон.
— Катеты они по-нашему называются, — недовольно бурчит Ксапа.
— Точно, катеты! Нарисовать?
— Не надо. Дядя сам знает. Иди уж.
Мальчишка, конечно, никуда уходить не хочет. Осматривает и ощупывает летающий хыз.