— Нат, я главного не пойму. Зачем так сложно?
— У верблюда два горба, потому что жизнь — борьба, — хмыкает Ната. — Ты знаешь, сколько у нас государств?
— Ксапа говорила, двести с чем-то.
— Точно! В ООН — больше двухсот. Крупных около пятидесяти, остальные — мелочь с амбициями. Я это к чему? Та страна, которая получила выход в другой мир, через несколько десятков лет станет богатой и очень могучей! Сильнее любой отдельно взятой страны! Потому что целая планета — это больше любого государства, даже самого крупного и богатого! А еще этой стране войны будут не страшны. Накрайняк, все население перейдет на планету, и его там никто не сможет достать.
Ни одна из стран не хочет, чтоб другая ее обогнала. И каждая хочет поиметь свою планету. У нас есть такое выражение: «совать палки в колеса».
— Знаю. Ксапа говорила.
— Вот все сейчас этим и занимаются. Суют нам палки в колеса. Австралия проскочила со своей планетой как первая. Тогда никто еще не понимал, чем это обернется. Америке тоже повезло. Мало кто думал, что опыт удастся повторить. Ведь десять лет пытались — все впустую. Еще Америка слишком сильная страна, чтоб ей смогли помешать. Ну и, под конец, нет такого закона, чтоб помешать осваивать незанятую планету. У нас такой смешной мир, что все можно делать только по закону.
А вот когда мы, русские, открыли твою планету, все законы оказались против нас. Потому что твоя планета уже занята. Ну, почти все законы. Есть закон, что можно помогать отсталым странам, и есть закон, что вы имеете право нас пригласить. Это ваша планета, и на ней ваши законы сильней всех наших — это тоже прописано в наших законах.
Понимаешь, какая сложилась ситуация? Ксапа Давидовна выбила почву из-под ног у всех стран, которые совали нам палки в колеса. А то ведь могло до войны дойти. Америкосы на нас всю Европу натравили. Они вообще любят воевать чужими руками. Якобы, Европа должна защитить бедных дикарей от кровожадных русских варваров. Россия попала в глубокую жопу. За три года дипломаты выбили только право на круг радиусом в тридцать километров и георазведку без права контакта с местным населением. Оцени ситуацию! Как получить разрешение у местных, если с ними запрещено контактировать? Это тоже политика!
Именно Ксапа Давидовна вытащила нас из этой жопы. Она вступила в ваше общество и стала недоступна нашим законам. А после этого она пробила разрешение на наше законное присутствие в вашем мире. Гениальная комбинация! Все мировое сообщество сразу заткнулось. Надзорщики могут только следить за исполнением нами ваших законов. И то — присутствовать на этой планете они могут только с вашего разрешения.
— Ты хочешь сказать, что мы можем выгнать их в любой момент?
— Не только их, но и любого из нас. Скажет Мудр слово — и любой русский в тот же день вылетит с этой планеты. Но надзорщиков пока выгонять рано. Пусть мир привыкнет, что здесь все идет по закону.
— Много людей на планетах австралийцев и американцев?
Десятки тысяч у амеров и сотни тысяч у австралийцев. Промышленное освоение идет полным ходом. У амеров главное направление — сырьевое, у австралийцев сельское хозяйство скоро обгонит горное дело.
Вечером я повел Ксапу и Жамах гулять по берегу реки. И пересказал разговор с Натой слово в слово. Жамах выслушала с каменным лицом и ничего не сказала. Ну да, она же не слышала осенью тех сказок, в которых Ксапа свой мир описывала. А у Ксапы глаза загорелись.
— Ты знаешь, Клык, в таком ракурсе я о своих делах не думала. Надо бы Мише намекнуть, что он мне по гроб жизни обязан. Нет, пусть ему это Мудр намекнет. Какая Ната умница-девочка. Жамах, надо ее в ваш совет матерей внедрить.
— К этим плоскогрудым? Они только себя слышат. Давай лучше здесь совет матерей соберем, — предлагает Жамах.
— Здесь не из кого. Старая, мы с тобой, Ната… Можно еще Евражку пригласить, чтоб училась. Но кто нас слушать будет, если из местных только Старая. Давай лучше совет уважаемых охотников возглавим! — и хихикают обе. Берут меня под руки, разворачивают и куда-то ведут.
— Смотрите, какие у Клыка женщины дружные, да веселые, — слышу за спиной голос Баламута.
— Мы тоже дружные! — два возмущенных писка.
— А кто утром ругался?
— Мы помирились!
Оглядываюсь и подмигиваю парню.