Я мало что понимаю, но перебивать не решаюсь. Пусть выскажется, ей легче станет.
— Ты просто не представляешь, как наши правительства озабочены поиском параллельных миров. Какие средства в это вложены. Холодная война отдыхает! Первый найденный мир отстает от нашего на десять миллионов лет. Середина миоцена. Динозавры давно вымерли, но человек еще не появился. Все зверюшки почти как современные. Кошачьи, собачьи уже появились. Слоники, лошадки всякие бегают, бегемотики, даже обезьяны есть. Кто покрупнее, кто помельче. Лошадки мелкие, зато суслик с кабана размером. Подумаешь, кролик хвостик отрастил, а ушки короткие. В остальном-то похож. Ну и что, что саблезубые тигры современным даже не родственники. Но ведь похожи… В общем, идеальная платформа для освоения. Лучше просто не бывает!
Обычно все крупные открытия американцы делают. А тут австралийцам повезло. Такой шум во всем мире начался! Чуть до войны не дошло, пока новый мир делили. Но австралийцы сказали твердо: Или мир наш, или ничей! Уничтожим все маяки, пусть никому не достанется. Потом слегка смягчили позицию. Разрешили международных наблюдателей, многонациональные корпорации. Но основной принцип остался. Планета под их протекторатом.
Двенадцать лет спустя американцам достался второй мир. Ранний эоцен. Чуть меньше пятидесяти миллионов лет назад. Похуже миоцена, но жить можно. Климат противный — жарко, влажно и душно. Как на Кубе. Я, правда, там не была. На Кубе, в смысле. В эоцене тоже не была… Что-то у меня с головой… Но слушай дальше.
Динозавры вымерли, но фауна эоцена очень сильно отличается от нашей. Современные млекопитающие только начали формироваться. Лошади чуть больше кошки, зато носороги — самые разные. Один даже саблезубый. Ты можешь представить саблезубого носорога?
— Нет, — честно отвечаю я. — Ни одного не видел, как я их представлю?
Но Ксапа не обращает внимания.
— Его зовут уинтатерий. Пять рогов на морде вверх торчат, и два клыка вниз. Страшила. Но американцы говорят, вкусный… А знаешь, какие птички американцам достались? Встань на цыпочки, вытяни руки вверх — и то до головы не достанешь. Если лосю пинка даст — все кости переломает.
Но самое интересное — в те времена география была другая. Это только кажется, что материки медленно двигаются. А если это «медленно» умножить на пятьдесят миллионов лет! Одни моря исчезают, другие появляются. Горы стареют. Леса превращаются в каменный уголь. В общем, американцам достался рай для геологов.
А еще восемь лет спустя свою планету поймали мы. В смысле, твою планету. Как всегда, совершили невозможное. И, как всегда, через жопу.
Невозможное — это потому что мелко прыгнули. Меньше сорока тысяч лет. На Земле уже появился человек разумный. Если точнее, кроманьонец. То есть, такой же, как мы. Того и гляди, неолитическая революция начнется. Все теоретики в один голос утверждали, что так мелко в прошлое прыгнуть нельзя. Болтали что-то о гравитационных гармониках галактического года в рукаве галактики. Я в этом не разбираюсь, но факт налицо. Мы здесь, и вы… тоже здесь. И вот из-за того, что вы здесь, все наши планы пошли кувырком. Мы связаны по рукам и ногам законами, которые еще не приняты. Все страны третий год спорят о законах относительно обитаемых миров, а нам пока разрешили только разведку. По возможности, без контактов с местным населением. Местное население — это ты. А контакты — это то, чем мы с тобой сейчас занимаемся. То есть, я рассказываю тебе, что и как у нас. Если наши узнают, я получу таких звездюлей, что мало не покажется.
— Ты нарушила законы своего общества, я так понял?
— Угу…
— Забудь! — я провожу пальцем по полоскам у нее на щеках. — Ты в нашем обществе.
— Тоже вариант, — отзывается Ксапа и покрепче прижимается ко мне. Только по голосу чувствую, не нравится ей это. К своим уйти хочет. Детей у нас нет, чего ей терять? Я же не Медведь, отпущу, если попросится.
— Ксап, а ты откуда прилетела?
— С третьей базы… Отсюда почти два часа лету. Больше восьмисот километров. Подожди, ты это к чему спросил?
— Да так…
— Знаю я твои «так». База в горах! Специально такое место выбрали, чтоб гостей не было. Без карты я ее всю жизнь искать буду. Пока шею среди скал не сверну. Так что не думай, никуда я от тебя не уйду…