— А Вадим говорит, из-за них воду пить нельзя.
— Пить из старого будем. Бассейн важнее!
До родного вама так и не доходим. Ксапа в вам к Мудру заглядывает. И через три слова, поздороваться толком не успели, уже спорят. Я один домой возвращаюсь. Мечталки нет, Жамах нет, одна Лава с тремя малышами возится. По шкурам перед собой разложила, пройти страшно. Как будто у Баламута своего вама нет! Ну, раз так… Велю ей похлебку в котле разогреть, выдаю пару консервных банок и поручаю накормить Мудра и Ксапу. А то ведь они до вечера голодные проспорят.
Эта нахалка без спроса тащит из рюкзака Жамах рацию и вызывает Туну. Ну совсем степнячки от рук отбились. Отругал ее хорошенько, чтоб по чужим вещам не лазала, потом пришлось банку сгущенки дать. Терпеть не могу, как степнячки плачут. Как дети — во весь голос.
Приходит Туна, приносит четвертого малыша. Один начинает ныть, остальные подхватывают. Ужас! Бегу на стройку, там спокойнее.
Вечером два события случаются. Первое — Сергей геологов из дальней разведки привозит. Они где-то по дороге девку-айгурку отловили. Говорят, за ней охотники гнались. Сергей машину между ними и девкой посадил. Охотники вертолета испугались, остановились. А Бэмби девку догнала, остановила, уговорила в вертолет сесть.
Когда мы степнячку ловим, руки-ноги свяжем, если время есть, на плечо забросим и несем как тушу оленя. Бывает, по голове стукнем, чтоб не вопила. А чудики, наоборот, накормили, напоили, нож на ремне подарили. С другой стороны на ремень фляжку подвесили. И все это — вшестером, с улыбками и смешками. Девка не знает, кому досталась. Из языка Чубаров всего десяток слов знает, а Бэмби по-айгурски вообще не понимает.
И вот Бэмби таскает айгурку за руку по всему поселку, лопочет сразу на четырех языках. У нас народ к новичкам привычный. Видят, нож да фляжка на поясе — значит, девка чудиков. Не трогают. Только испуганная Евражка к Жамах прибегает жаловаться, да Жамах хмурится, желваками играет.
Тут другое событие начинается. Открытие второго водопровода. По канаве слабенький-слабенький ручеек путь прокладывает, а чудики раздеваются до трусов, глиной на груди полосы рисуют, прыгают вокруг, в железные кастрюли стучат. Вокруг малыши в восторге скачут. Дикари на воле, как Ксапа говорит. Айгурка испугана, а Бэмби ее за руку к нам тащит. Чудики за руки хватаются, хоровод устраивают. И меня втягивают, и Жамах, и всех, кто рядом. И Бэмби с айгуркой. Бедная девка только тут понимает, что на какой-то праздник попала, улыбаться начинает.
Затем чудики лезут отмываться в холодную воду. А кто поумнее — бежит к третьему озеру. Ну а дальше — как всегда. Котлы, полные супа, щей и мяса, шашлык над углями, бутыли с квасом и соком.
Пока все едят, уважаемые люди собираются вокруг костра Мудра и решают, пусть для начала Бэмби за айгурку отвечает. А что с ней делать, решим, когда девка говорить научится. Зовем Бэмби, и Жамах объясняет ей наше решение. Радуется, бестолковая. Еще не знает, какая ответственность — контактером быть.
— С этим надо что-то делать, — жалуется Ксапа непонятно на что. — все слишком быстро развивается.
— Да что за беда? — удивляется Жамах. — Объясни толком.
— Экспансия в этот мир слишком бурно нарастает. Да ты не знаешь этого слова. Я должна тебе расстановку сил показать, иначе не поймешь.
Ксапа зажигает электрический фонарь, вешает повыше, решительно сдвигает все вещи к стенкам. И рисует круг на земляном полу.
— Это мир, откуда я пришла.
Рядом появляется второй круг.
— Это наш мир.
Сбоку появляются еще два круга.
— Это миры, которые открыли америкосы и австралийцы. У нас на Земле много народов. Народ — это племя по-вашему. Только большое-большое. Самый сильный народ — американцы. Когда мы дразнимся, их америкосами зовем. Самый многочисленный — китайцы. Всем народам нужны металлы и нефть. Металлы ты видела, а из нефти делают ту вонючку, которая в бочках, на которой наши машины летают и ездят. Ну, еще много чего нам надо. И особенно — земли. Тот народ, который открыл новый мир, становится очень сильным и богатым.
— Понятно, — кивает Жамах. — Но я была в вашем мире. Он богаче нашего.
— Погоди, не перебивай. Ваш мир тоже очень богатый. Только богатства вашего мира пока в земле лежат. Вы о них не знаете, вам они пока как бы и не нужны. И самое плохое — ваши земли уже заняты. На них вы живете. А пройдет время, и те богатства, которые в земле, вам самим потребуются.
Жамах ничего не сказала, только посмотрела словно сквозь стену вама в ту сторону, откуда вертолеты чудиков прилетают, да желваками заиграла.