Стоит подробнее рассказать и о взятых взаймы навсегда инструментах, без которых я не сделал бы и десятой части моих исследований:
Ноутбук, с классической клавиатурой, мышью и сенсорным монитором, правда все это из тактильной или плотной голографии, как у Старка в будущем. ОС мне неизвестна, да и не похожа ни на одну из привычных мне МАК ОС, Виндоус или Линукс из прошлой жизни, да и аппаратная часть совсем иная — в архитектуре отсутствуют процессоры, оперативная память, жесткие диски и видеокарта как класс. Внутри содержатся миллиарды вибраниумных сот, внутри каждой из которых есть процессор и оперативная память, и все эти соты сообщаются посредством вибраниумных нанонитей — совокупностей нанотрубок, изолированных друг от друга. Естественно, есть и аналог постоянного носителя информации в виде искусственного кристалла, в котором помещается до десяти петатрайт данных, а их стоит целых два. Трайты, к слову, это аналоги байтов в троичной системе. К слову, флешки, которые я набрал, содержат всего по пять тератрайт, что в две тысячи раз меньше. И все бы было хорошо и волшебно, вот только многих нужных мне для расчетов и симуляции генома программ, я не нашел, а те, что были — обладали своей спецификой и мне не подходили. И вот программировать троичной логикой, по сути, нейронный компьютер на неизвестной мне ОС — это просто мрак. Что бы я делал без любимой мной телепатии, но и она не давала навыков и опыта, только голые знания, которые еще нужно просмотреть и понять. Хуже в плане настройки стал только квантовый блок, который давал огромные возможности, просчитывал комбинации, на которые даже у моего ноутбука ушли бы десятилетия, всего за пару часов, но который без нужных программ и драйверов был куском металла. И, ведь, что самое пакостное, блок-то экспериментальный. То есть его в мире может запрограммировать всего пара человек, его создатель и теперь, после таких ругательств, что и пьяному моряку стыдно станет за них, я. А, без этого чуда инженерной мысли, я, даже наняв тысячу учёных, возился бы с моими исследованиями до второго пришествия Ктулху. И это несмотря на то, что я мог бы эту тысячу учёных замотивировать так, что они работали бы на износ и их мозги были бы разогнаны мной до максимума. Так что — слава моему компьютеру и квантовому блоку, да благословит Омниссия все их составляющие!
С биохимическим синтезатором все более-менее понятно, засыпаешь требуемые элементы, на выходе получаешь готовое вещество. Его недостатки — малое количество этого самого вещества на выходе, не больше 50 мл. за раз и долгая работа, но для меня это вполне подходит. А молекулярный сканер я забрал не с биологического факультета, как должно было быть, а с физического, где его использовали для сканирования различных новейших сплавов и материалов. Все дело в том, что сканер такой мощный, что вся органика после него погибает и частично разлагается. Увы, выбора у меня не было, он был относительно небольшим, размером с кофеварку, тогда как в лаборатории биохимии стоял подходящий лучше для такой работы, но весящий тонн десять монстр во всю комнату размером. Зато в том, можно слона целиком отсканировать без вреда для него и получить его строение вплоть до молекул. Эх, мечты, мечты.
Последней же вещью, которую я выгодно обменял на воздух, был серебристый металл - вибраниум. Если, конечно, полцентнера металлических слитков можно назвать вещью. Что же вибраниум представляет собой с точки зрения ученых Ваканды, которые за долгие тысячелетия жизни на огромных залежах этого металла разгадали если не все его секреты, то очень многие? Если говорить просто, то вибраниум — это универсальный сверх-полупроводник. Правильно обработанный и очищенный от примесей вибраниум создает кристаллическую решетку в виде нанотрубок. Из одного конца этих трубок, в другой он идеально и без потерь передает почти любую энергию — кинетическую, электрическую, радиоволны, гамма-, бета-и альфа-излучение, некоторые модификации его прозрачны и передают в том числе и фотоны в видимом глазу оптическом спектре. Насчет магии я еще не проверял, но думаю, что магию, при определённых условиях тоже сможет проводить. А вот при импульсе энергии поперек волокон, часть ее рассеивается сразу, а остальная перенаправляется и выходит из концов нанотрубок. Именно по этой причине перевозка руды вибраниума опасна — любая полученная энергия рассеивается хаотично, и руда может взорваться, словно нитроглицерин, только с мощностью слабой ядерной бомбы. Но и это еще не все. Часть полученного импульса идет на укрепление межатомной связи, то есть, чем больше его бьют — тем он прочнее. А если сила импульса все-таки превосходит структурную прочность материала, то металл приобретает аморфную структуру как у неньютоновской жидкости, поглощая импульс за счет высвобождения накопленной энергии и распределения ее на большую площадь. Это делает этот, без сомнения волшебный металл незаменимым во многих областях науки. С другой стороны, он не поддается ни единой известной науке кислоте или щелочи и не вступает в реакции ни с единым элементом. Исключение — амальгамы, одна из которых и есть адамантиум. Как же такое чудо обрабатывают, если почти все энергии либо уходят как с гуся вода, либо делают предметы только прочнее, а от слишком большой нагрузки всё может взорваться? О, это — один из величайших секретов Ваканды, который знают только члены королевской семьи Ваканды и несколько узких специалистов из племени рудокопов, которых стерегут не хуже короля. Ну и, разумеется, я тоже теперь знаю. А ларчик, на самом деле, просто открывался — чтоб довести руду этого металла до подходящего состояния, его просто кладут в печь, после чего аккуратно постукивают и потряхивают или кладут на вибростол в промышленном производстве. Проведение тепла нарушает структуру примесей, а вибрации заставляют нанотрубки металла ложиться друг на друга как магнитные палочки. Так получаются сначала небольшие слитки чистого металла, а затем по ним долбят изо всех сил, либо подвергают иным воздействиям. Из-за этого вибраниум накапливает определённый максимум энергии в определённом объёме, после чего превращается в неньютоновскую жидкость, из которой можно лепить как из тёплого пластилина. А в конце металл в форме достаточно просто оставить на время в прохладном месте, чтобы лишняя энергия вышла из него, и мы получили твёрдое и поразительно прочное изделие. И чем холоднее будет — тем быстрее вибраниум станет твёрдым и прочнее будет после этого. К слову, из-за того, что я теперь знаю о вибраниуме и адамантии, я точно не буду делать себе из этого скелет, потому как после некоторого количества слабых ударов такие кости просто на время превратятся в кашу. Это, даже не говоря о том, что адамантий, частично имея свойства вибраниума, накапливает и пропускает радиацию.
Ещё, продолжая изучения этих двух веществ c точки зрения влияния на человека — вибраниум крайне положительно влияет на весь организм, улучшая метаболизм, регенерацию и производя «положительные» мутации, крайне похожие на те, что производит цветок, только в разы слабее. Это связано с тем, что из нанотрубок материала постоянно выходит «лишняя» энергия, которую металл накопил. Но выходит она не в таком состоянии, в каком вошла, а в изменённом. Например, по щиту из вибраниума можно ударить ядерной бомбой, но если его перевезти после этого на новое место, то он будет фонить не радиацией, а энергией вибраниума, которая некоторое время усиливала его прочность, а затем стала высвобождаться. Похожие процессы происходят и с адамантием, только в этом случае энергия вибраниума проходит через примеси и превращается в радиацию, из-за чего простой человек без могучей регенерации через несколько месяцев заработает лучевую болезнь.
И, в связи с воздействием переработанной вибраниумом энергии, вакандские учёные создали теорию, согласно которой, сердцевидный цветок, он же — сердцецвет, только накапливает энергию вибраниума в своих клетках и это его основное особое свойство, без которого эссенция из этого растения была бы просто неплохим стимулятором. Частично подтверждает эту теорию то, что этот цветок не растёт там, где нет залежей руды этого металла. Ну, а после проведённых мной исследований, я уверенно могу заявить, что это растение с трудом выжило бы даже в парнике, не говоря уже про Африку, если бы не вибраниум. Потому как у сердцецвета очень слабо развито, в эволюционном плане, всё ДНК, за исключением той части, которая отвечает за получение и накопление энергии металла. Сердцевидный цветок почти не приспосабливался ни к каким условиям среды кроме одного, но в этом он лучший и этого оказалось достаточно чтобы выживать. И я с моей телепатией немного напоминаю себе это растение, поэтому, чтобы не зависеть от одного фактора, который уже подвёл однажды, я буду стараться развиваться и развиваться разносторонне. А пока я устроил небольшую рассаду в горшках из вибраниума у себя в спальне на подоконнике, в лаборатории появилась бутыль из него же с искусственной эссенцией цветка, а Рейвен и я периодически носим простенько выглядящие браслетики. Они нравятся моей синенькой красавице, и она втихаря считает их чем-то вроде обручальных колец, а я не вижу в этом ничего плохого. В конце концов, мне не сложно, а ей приятно.