От мрачных мыслей его отвлекли стук открываемой двери и шаги в прихожей. Через мгновение в кухню-кофейню ввалился Гуржий. Небритый и патлатый, но, кажется, выспавшийся.
- Мне Ленка сказала, вы меня ждете? – проговорил он, проходя к столу и параллельно рассматривая Лукина, а потом резко остановился. По лицу было ясно – узнал.
- Жду, - кивнул Егор. Подошел к Гуржию, протянул руку. – Егор.
- А я тебя помню, - отрезал Коля. Руки не подал, демонстративно отошел к плите. – Рожа, конечно, сегодня помятая, но у меня профессиональная память… Чего? Херово ночь прошла?
- Это неважно, - отмахнулся Лукин. – Вы знаете, где сейчас Руслана? Ваша жена сказала, она ночевала здесь.
- Моя жена – Транда Ивановна.
- Где она сейчас? – повторил вопрос Егор. – Руслана.
Гуржий усмехнулся. Выражение его лица казалось почти садистским, что было несколько странно для того, у кого от природы физия добряка.
- А с чего ты взял, что я тебе скажу? – поинтересовался он. – Если бы Росомаха хотела, чтобы ты был в курсе – ты был бы в курсе.
- Она порой верит в то, что видит, а не в то, что есть на самом деле.
- Какие удивительные заключения! Типа хорошо ее знаешь?
- А вы меня вообще не знаете.
Колька сложил руки на груди. Усмешка с лица стерлась. Теперь оно было просто хмурым.
- Знаю, - проворчал он. – Знаю, что ты ее обидел, и надо бы дать тебе в морду, но это не мое дело. Мое дело ее по ночам по области искать. Бухую и на разбитой машине. И тащить к себе, приводить в чувство. У всех своя великая миссия.
Лукин с силой потер ладонью лоб и глаза, осознавая сказанное. Если бы он успел ее догнать, она не села бы за руль.
- Она в порядке? – глухо спросил Егор.
- Она не в порядке! – психанул Гуржий. – Но тебя это теперь уже не касается, потому вали давай, чтоб я тебя не видел! А то и правда кулаки чешутся!
- Почешешь о грушу в тренажерке! – взорвался Лукин. – Где она?
- Сказала, что в Альфа-Центавре! Информативно?
- Когда сказала? Когда она ушла от тебя?
- Вообще-то… это я сейчас тебя послал!
- Мне похрену!
- Ну, ох*еть! – Колька трагически развел руками и отвернулся. Разговорный жанр никогда ему не давался. Он был больше по изобразительному.
- Я не уйду.
Гуржий рывком обернулся и глянул на Лукина. Быстро, внимательно, сердито. Потом отвернулся снова. Пытался облечь мысли, проносившиеся в голове, в слова. Не вышло ничего умнее, чем выдать:
- Такой же упертый, как она!
- Хуже.
- Ты ей изменил или обещал жениться в обмен на карьеру мента?
- Ни то, ни другое, - Егор отвернулся к окну, снова с силой потер глаза и повторил вопрос, мучивший его неизвестностью: - Где она может быть?
- Да не знаю я, где она может быть! – снова разозлился Колька. – Это Росохай! Она где угодно может быть – типа ты не в курсе! Назови мне хоть одну причину, почему я вообще с тобой разговариваю!
- Не знаю, но разговариваешь же… Что она делала, что говорила, когда ушла? Любая мелочь. Черт, если бы я знал, что она здесь…
Лукин с силой шарахнул кулаком по стене, та отозвалась гулким эхом.
- Ладно, ладно, ладно! – Гуржий подошел ближе. – Остынь и не ломай мне заведение, культовым ему не стать, но успешным оно еще может получиться… Выпьешь?
- Нет.
- Как знаешь… - мрачно ответил Колька. На мгновение задумался, словно не знал, говорить дальше или нет. Но, решившись, кивнул: - Ок… давай по порядку. Вчера вечером она мне позвонила и попросила забрать. Была на трассе в Бровары. Машину долбанула – бампер в мясо, у самой на лбу шишак. Тачку там и бросили, ключи у меня, велено отогнать, если до утра хоть что-то уцелеет. Ночевала здесь – по собственному почину, я с ней вообще в таких случаях не спорю никогда. Я ей того… ну… фильм поставил и ушел. А утром она к нам в квартиру заявилась. Не завтракала. Попросила доступ к интернету, потом вызвала такси и уехала. Куда – не знаю. Вы вообще каким-то чудом разминулись, если ты тут с утра сидишь!
- Чудом, - хмуро повторил Егор, помолчал, обдумывая услышанное. – Она твоим компом пользовалась?
- Моим.
- Историю посмотришь?