- Красиво топает по подиуму, - кивнул в сторону сцены Носов.
- Нащелкал ее для отвода глаз?
- Обижаааешь, - протянул фотограф и сунул ей под нос камеру.
- Анатоль выполз?
- Не, отсыпается, по ходу. Рассвет в баре встречал.
Росомаха встрепенулась и быстро глянула на дефилирующую по подиуму Алинку. А потом заинтересованно, но одними губами спросила:
- Один?
- Рассвет встречал или отсыпается?
Руслана хохотнула и заложила за ухо прядку волос – те теперь были непривычно короткими, даже до плеч не доставали. И зеленое безобразие убрала, в конце концов – задолбалась подкрашивать каждый раз, когда вымывается. Приняв самый прилежный вид, она кротко – ну, или в ее представлении кротко – улыбнулась и мягко сказала:
- Кого трахает наш Анатоль, мне похеру. Это Алинкин головняк. В баре один был?
- Один. Бухал… - Гамлет вздохнул и сделал пару снимков. Для отвода глаз.
- Хренасе… Что это он?
- Ну может, стресс у чувака. Я знаю?
- Еще бы не стресс, - согласилась Руська. – Если он так себя ведет, наверное, скоро, да? Типа последние часы самые трудные?
- Вариант. Или Алинку ревнует, - заржал Гамлет.
Алинка между тем в очередной раз крутанулась вокруг своей оси на самом краешке сцены и помахала ручкой в их сторону.
- К тебе? – то ли спросила, то ли констатировала Росохай, помахав в ответ.
- Ко мне!
- Наш пострел везде поспел.
- Тоже ревнуешь? – подмигнул он Руслане.
- Из-за любви империи рушатся! Вспомни Париса с Еленой Прекрасной. А тут всего лишь Анатоль с Алинкой. Ну и я по периметру.
- Скучная ты, – хмыкнул Гамлет и снова принялся фоткать все подряд: моделей, гостей, обслугу.
Росохай не ответила. Достала из кармана телефон и выдала в диктофон:
«11:30, репетиция открытия Жемчужной леди. Настроение самой жемчужной из жемчужных, кажется, боевое. Вокруг пионами растут мужики вдоль подиума. Истинный простор для ловли рыбы покрупнее. Кстати! О рыбной ловле! Вчера так и не вытащили ее на Привоз, а жаль. Алина поленилась, а мы с Гамлетом – нет. Кажется, будет спин-офф, потому что не писать про рыбные ряды, расположенные напротив манекенов с пальто, это преступление! Я думала, что весь возможный хаос уже повидала в южных широтах. Увы мне!..»
Перевела дыхание. Нести околесицу Руська могла, разумеется, сутками. В каком-то смысле профессия обязывала. Но в последнее время напрягало. Проект «Кстати о…» вытаскивал из нее все силы, тогда как она пыталась равномерно распределить их – наверное, впервые в жизни. Но хаосом была она сама. Чем больше из нее уходило, тем быстрее она носилась, как оголтелая. Чем сильнее давила себя изнутри, тем больший наращивала темп в реале.
«Жизнь Алины Соловьевой глазами Росомахи» - самая идиотская из всех возможных идей, но именно она и сработала. Алинке было пофигу как, лишь бы засветиться в СМИ. Целый проект, посвященный дням и ночам начинающей модели. Вообще-то, уже не очень начинающей, она была всего-то на пару лет моложе Русланы, но в такие детали никто не вдавался. Анатоль ублажал Алинку всеми возможными способами и согласился оплатить любой пиар. Перспектива сутками находиться возле них – манна небесная после месяцев голода.
Между тем, после команды режиссера всем отправляться на перекур, Алинка царственной походкой сошла со сцены и оказалась рядом.
- Все сняли? – тревожно спросила она.
- Естественно! – с готовностью кивнула Руслана. – Курить идешь?
- Иду. Но на курилке снимать не надо. А то это… типа нездоровый образ жизни… сейчас не в тренде, - Алинкин голос звучал одновременно важно и неуверенно. Только она одна так умела.
- Правильно! Не будем популяризировать эту тему!
Собственно, «эта» тема в исполнении Росохай напоминала карикатуру или шарж. В какой ужас может прийти Алинка, когда узрит проект целиком, Руслана старалась даже не представлять. Ну их к лешему такие кошмары. Но диктофон оставался включенным. И записывал каждую непередаваемую интонацию главной героини «Кстати о…». А Руслана прекрасно понимала, что если руки дойдут монтировать данный поток сознания во что-то хоть немного приличное, то и этот диалог туда войдет.