- Егор, - с очередным вздохом прошептала она в тишине, прерываемой только их дыханием.
… и волшебство оборвалось.
Сразу.
Резко.
Больно.
Будто вырвала его с корнем сама.
Руслана рванулась от его поцелуев.
Он удержал. Придавил своим телом, подмял под себя, снова терзал ее рот. Теперь зло, причиняя боль. И настойчиво раздвигал рукой колени, разводил ноги, с силой гладил кожу, двигаясь вверх, пока горячая ладонь не оказалась под кружевом, обжигая нетерпеливыми, грубыми прикосновениями.
- Не надо! – взвизгнула Руся, изо всех сил попытавшись его оттолкнуть. – Перестань!
От ее голоса зазвенело в голове. Егор отстранился, все еще чувствуя Руслану – губами, пальцами, кожей. Смотрел мутным, пьяным взглядом. С каждым вдохом, медленным и тяжелым, дышал все ровнее и, наконец, глухо спросил:
- Так чего ты хотела?
- Позвонить! – выкрикнула она. – У меня телефон разрядился, мне позвонить надо!
Егор резко сел, потом также резко поднялся. Кривой траекторией раненого зверя метнулся по комнате, нашел телефон и зло бросил его на постель рядом с Русланой. А после, не оглядываясь, вышел, хлопнув за собой дверью.
И словно вечность спустя снова громыхнуло. Росомаха точно знала – Лукин ушел.
Подтянула коленки к подбородку, обхватила их руками и тихо заскулила, не зная почему. Дыхание перехватывало, и голос обрывался, не набирая силы, а ей хотелось орать. В его номере, на его кровати. После того, как он ушел.
Слишком ярко отпечатались его движения по комнате. Впустила в себя. И больше уже не вытравит.
Зачем она ему понадобилась, когда в его жизни достаточно других женщин, имеющих больше прав на него, Руслана не знала. Почему он ее так отчаянно хотел, не думала. Понимала только одно – виновные так себя не ведут. Виновные так не мечутся. Виновные не глядят так, будто из них только что вынули душу.
Опять становилось больно. Она зажимала руками уши, надеясь, что этот поток бесконечных вопросов перестанет ее пытать. И опять не ощущала времени, не представляя, сколько его прошло, когда ладонь потянулась к телефону, все еще валявшемуся рядом с ней. Пальцы невольно погладили корпус. У него и труба с понтами. А она отвыкла. Только все это давно уже не имело значения. Потому что когда-то ей казалось, что она знает его настоящего. И смела надеяться, что настоящий он с ней.
Вытерла слезы сердитым движением. Разблокировала экран Лукинского смартфона. Набрала Гамлета – помня его номер наизусть. Когда-то в самом начале нарочно выучила. И прислушалась к длинным гудкам.
- Алло! – коротко брякнул Носов, ответив практически сразу.
- Это я… Росомаха. Ты где?
- В порту. Ты чего в такое время, и что за телефон?
- Я не… неважно. У меня был обыск. Такой… типа чтоб не догадалась, что гости заходили… У тебя – не знаю.
Гамлет выругался.
- Ты как?
Как она? Сдохнуть хотела.
- Нормально. На мой номер не звони, я его вырубила. Будем считать, что потеряла… Черт! А если нас слушали все это время?
- Это вряд ли, - уверенно сказал Носов. – Ты где сейчас?
- Долго объяснять. В отеле. По идее не должны ничего заподозрить… Тут мой… - «мой» кто? Руслана сглотнула. – Мой друг… случайно… Они знают, что мы знакомы, так что повезло. Я у него ночую.
- Хорошо. Номер какой?
- Триста четырнадцать, - губы пересохли, облизнула их и не выдержала, прикоснулась пальцами. – Егор Лукин, журнал «À propos». Что в порту?
- Гуров здесь. Очень похоже, что ждет груз.
- Черт! – она неожиданно даже для самой себя оживилась. – А я тут… и выйти нельзя! Ты хоть снимаешь? Мне надо!
- Не зарывайся! – буркнул Гамлет.
- Исключительно в рамках договоренности, - парировала она и тихо позвала: - Гамми!
- Шо?
- Ты хоть оглядывайся… а то вдруг и ты под колпаком.
- Плакать будешь?
- У тебя фоток и видео дохрена! Кто мне их вернет!
- Я упомяну тебя в завещании, - заржал Гамлет.