Вылетела из Корвета.
Подошла к воротам. Калитка. Звонок.
«Ты долго ехала. А без тебя скучно».
«А со мной весело?»
«С тобой по-разному».
Сглотнула. И протянула руку, уверенно нажав на кнопку и ощущая пальцами капли дождя на ней. Сначала было тихо, целую вечность. Потом явственно раздалось сопение, и что-то шумно ударилось в дерево калитки со стороны двора, отчего громко всхлипнули петли. Руслана втянула носом воздух, выдохнула ртом и откинула со лба мокрую челку. Занесла кулак и теперь уже постучала.
- Михалыч, морда твоя черномазая, - раздалось за калиткой.
В ответ зафыркало, и вскоре что-то глухо грюкнуло. Звякнула щеколда и пред ясны очи Русланы предстал Лукин – лохматый, небритый и в кроссовках, хвастающихся идеальной новизной. Равнодушно взглянул на визитершу и поздоровался:
- Привет!
- Привет! – почти выкрикнула она. – У меня… по-прежнему твоя зажигалка!
- Дарю. Ты что-то хотела?
- Поговорить.
- Ну проходи… - он отступил назад, пропуская Руслану.
Она шагнула во двор, оказавшись ближе к нему. И взгляд ее забегал по его лицу – отросшая рыжая борода. Губы – сомкнутые, спокойные. Глаза – тоже. Спокойные. Непроницаемые. Равнодушные? И затянувшийся шрам на брови. Останется след. Хоть кричи. Дура. Вдохнула на мгновение его запах – и быстро прошла к дому, стаскивая на ходу ветровку.
За спиной щелкнул засов и обиженно тявкнул пес.
Она оглянулась назад. Да так и застыла, не проходя в дом и глядя на него. Едва разлепила губы и спросила:
- Ты один?
- Это важно? – Егор подошел ближе и поднялся на крыльцо, открывая дверь. – Проходи, не стесняйся. Чай, кофе?
- Можно чай.
Руслана влетела в прихожую. Наклонилась к шнуркам. Скинула кеды. Разогнулась. Было тихо. Просторно и захламлено одновременно. Красиво. В доме с большими окнами – красиво. И пахло лесом и табаком. И огнем – который особенно пахнет. Обоняние разбушевалось не на шутку, запах пьянил. Дом, в котором живут мужчины. Это чувствовалось. И к черту… глянец паршивый.
- Можно мне с тобой? Пока ты чай будешь… - она запнулась, - заваривать…
Он кивнул и прошел в кухню. Ставил чайник, доставал заварник, банку с чаем. Потом повернулся к ней, опершись руками о столешницу за спиной, и спросил:
- Что случилось?
Внутри нее сработала пружина, о существовании которой Руслана и не догадывалась. Среагировала на его вопрос – другого было и не надо.
- Я не делала из тебя проект! – прежде чем понять, что именно говорит, выпалила она – так громко, что сама не ожидала.
- Оk, - кивнул Егор.
- Я правда не делала! Я просто забыть хотела, или чтобы мне голову расшибли, и оно все ушло. Я не думала о том, чем закончится, мне было все равно, чем… я не делала проект, просто… влезла в дерьмо… Но я тебе клянусь, я не делала из тебя проект!
- Я слышу. Я понял.
Из ее груди вырвался смешок. Рванула через кухню от порога к столу, у которого стоял Егор. Оперлась точно так же о столешницу руками и посмотрела ему в лицо – прямо и открыто.
- И то, что я про развод узнала, тоже понял?
- Нет, но теперь знаю.
На плите засвистел чайник. Егор выключил газ, достал чашки, сахарницу и занялся заварником.
- Да… я… как прочитала в инете, так сразу и прискакала, вдруг опять что перепадет, - рассмеялась она, почти захлебываясь смехом. Видеть, как он именно сейчас, в эту минуту, занят не ею, оказалось мучительно. Так, что она почти не представляла, что и как ему говорить. Но говорить было нужно. Хоть что-нибудь, а она вместо того смеялась. – Вдруг опять перепадет, потому что я так и не выбила… из головы не выбила, - смех оборвался, и она вдруг попросила: - Посмотри на меня, пожалуйста!
- Руслана, чего ты хочешь? – спросил он, повернувшись к ней и глядя в глаза.
- Сказать.
- Сказала.
- Не то сказала… Не получается.
- Как ты меня нашла?
- Стояла с табличкой с твоим именем под редакцией. Обнаружились пару самозванцев. И один предатель, сдавший тебя.
- Ясно.
- Егор, я знаю, что не было интервью, и что ты меня искал. Со вчерашнего вечера знаю.