- Ну если тебе сильно хочется… У тебя все еще есть шанс.
«Да какие у меня против тебя шансы?» - мелькнуло в ее голове, прежде чем она произнесла вслух:
- Нам часов шесть ехать. И гостиницу я не бронировала. Если что – это был последний аргумент.
- Идет, - согласился Лукин и громко развернул конфету, живо отправив ее в рот. – И в честь нашего совместного путешествия к морю – перестань «выкать».
- Как скажешь, - живо отозвалась она и с облегчением выдохнула. Можно подумать, что теперь все стало просто. Да черта с два просто! Машина гнала на бешеной скорости, она неторопливо допивала свой кофе и мысленно недоумевала: действительно, что может быть проще? Мужчина с лицом для глянца и собственным шофером едет с ней хрензнакуда на ее желтеньком Корвете. И если с Корветом он еще так-сяк сочетается, то с ней – едва ли.
- А ты не пьяный? – на всякий случай уточнила она, когда ее посетила идея, объясняющая происходящее.
- С чего такие предположения? – Лукин с любопытством посмотрел на нее.
- Только по пьяни можно вечером пойти в гости, а утром оказаться в Одессе.
- Может быть, я – латентный романтик.
- Не похож.
- Черт…
Он вознамерился еще что-то сказать, но передумал и уставился в окно. Бредовость происходящего, кажется, достигла предела. Лукин ночью, посреди области, направляющийся смотреть ноябрьское море и несущий словесную чушь – все это настолько не вязалось с его обычной жизнью, что могло быть только бредом.
По мере того, как из головы выветривался коньяк, он все сильнее ощущал усталость последних дней. Неопределенные силуэты строений и деревьев, мелькающие в свете полной луны, постепенно усыпляли его, и Лукин все чаще прикрывал глаза.
Он поерзал в кресле, разминая затекавшие ноги. Мечты о кровати пришлось отбросить – сам ввязался в авантюру, теперь приходилось соответствовать. Джеймс Бонд недоделанный!..
«Зато теперь узнаешь, куда ее занесло после «Мандарина», - мысленно фыркнул Егор, и это было последним, что он помнил перед тем, как окончательно провалиться в сон.
То, что он уснул, Руслана поняла как-то не сразу, а когда рука потянулась выключить заглохнувшее радио и врубить ненавязчивого и сладкоголосого Энди Уильямса – самое то для дороги. Тогда же она взглянула и на мужчину на соседнем сидении. Идеальные глаза на идеальном лице были закрыты. И в свете фонарей идеальные темные ресницы отбрасывали длинные тени на нижние веки. Отвратительное по своей сути желание дотронуться до него, чтобы понять, насколько он реален, Руслана с трудом подавила. Но и музыку включать не стала – дай бог не уснуть дорогой, а еще глупее – разбудить его.
- Лукин Егор Андреевич, - пробормотала она себе под нос и улыбнулась, снова уставившись на дорогу.
Е95 тянулась впереди бесконечной лентой, за которой – лишь зримая чернота. Все же она любила ездить именно ночью. Черт его знает почему. Может, и правда потому что ночное животное?
Когда Лукин проснулся, они стояли на заправке, и Руслана старательно жевала бутерброд и пила кофе. Буйная копна ее волос была завязана сзади в не самый аккуратный пучок, а выглядела она так, будто это кто-то другой всю ночь провел за рулем – вполне себе бодренько и жизнерадостно.
- Привет. Бутеры в пакете, я взяла тебе кофе и купила чашку, - весело сообщила она, едва увидела, что он зашевелился в кресле.
- Привет, - кивнул Егор. Повел плечами и шеей, разминая затекшие мышцы. Потом глянул в сторону заправки. – А что-нибудь существеннее бутербродов у них водится?
- Как везде. Через сорок минут будем в Одессе. Там можно нормально позавтракать.
- До Одессы еще доехать надо, - усмехнулся Лукин, почесывая пробившуюся за ночь щетину неожиданно рыжего цвета. Резко выбросил себя из машины и, наклонившись, сказал: - Пойду сам оценю их ассортимент товаров и услуг.
Он вернулся минут через двадцать. В руках держал пакет с яблоками.
- Заразы так вкусно пахнут, - сообщил Егор, снова устраиваясь на сиденье и размещая пакет по соседству со стратегическим запасом от Росомахи. – Давай свои бутерброды и кофе.
Руслана улыбнулась: Росомаха, хоть и хищник, но перед началом зимы она усиленно питается растительной пищей: кореньями, ягодами (вороникой, брусникой) и кедровыми орешками. Впрочем, яблоки тоже сойдут. Она потянулась за фруктами и минералкой, параллельно сунув Егору в руки упакованный в пищевую пленку сэндвич. Открыв дверцу машины, над асфальтом помыла яблоко и удовлетворенно сказала: