шикарных кабинетов всегда был ей чужд.
Семен Гедеонович несомненно предпочитал оттенки красного на белом.
Потому что в его обители все было бело-красным. И это так не вязалось с
кругленьким и маленьким мужиком, подскочившим им навстречу, едва они
вошли, что даже удивляло.
- Лукин! Какими судьбами! – между тем, громыхал Сенечка.
- Разными, - уклончиво отозвался Егор. – Поможешь нуждающимся?
- Кто нуждается?
- Я нуждаюсь! – подала голос Руслана с самой обаятельной улыбкой, на
какую была способна.
Сеня некоторое время озадаченно рассматривал барышню перед собой, потом перевел взгляд на Егора и хмыкнул:
- Ну, оно заметно, конечно… Кто это?
- Это? – Лукин не менее озадаченно помолчал и пояснил: – Юное
дарование, наступающее мне на пятки. Так поможешь?
- Наступать на пятки?
- Вообще-то, кое в чем я вас уже обскакала!
- С этим, Сеня, как видишь, она успешно справляется без тебя.
- Ясно, - рассмеялся господин Либерман, уселся за свой стол, сложил
ладони домиком на столешнице и, воззрившись на юное дарование, проговорил: - Ну-с?
- Руслана Росохай! – протянула она ему руку для приветствия. И тон ее
резко изменился, сделавшись из задиристого деловым и увлеченным.
Следующие десять минут кабинет был заполнен звуками ее голоса, поведывающего о том, как здесь, в ночном клубе «Мандарин», был
последний раз замечен друг ее семьи, некий господин Загнитко. Дескать, в
последний раз видели его на втором этаже, в VIP-зале, с очаровательной
особой, чьего имени Руслана не знала.
- А у него жена, трое детей! – возмущалась Росомаха, размахивая руками.
– Но видите ли, в чем штука… Он чиновник. Я не исключаю того, что все
это имеет несколько иную подоплеку, чем ту, которая очевидна. Мне просто
необходимо выяснить, с кем он встречался в тот день в клубе… Вы же
должны… как-то… фиксировать? Кроме него и этой дамы, было еще два
человека. Я могу показать кабинку, в которой они находились, если это
необходимо… Кто резервировал, хотелось бы знать тоже.
- А губа не треснет? – усмехнулся Сеня в ответ на ее запальчивость.
- Да нет, - мотнула она головой, – в самый раз. В котором часу они
разошлись, мне засечь не удалось. Пришлось покинуть ваше заведение
несколько… хм… раньше. Но если бы вы… посодействовали… это бы
очень мне помогло.
- Да я бы и рад оказать содействие! Да только, боюсь, что это невозможно.
- Технически или принципиально?
- Принципиально. Даже если допустить, что просить у меня эти сведения
вы имеете основания, которых, по сути, у вас нет, то есть еще такая штука
как этика. Конфиденциальная информация, касающаяся наших клиентов, не разглашается, если нет ордера, к примеру.
- Он мой ордер, - напористо кивнула Росомаха на Лукина. – Не подходит?
Сеня рассмеялся и обернулся к Егору.
- Ты согласен быть ордером?
- Если уж я сюда приехал…
- Ну, мало ли… может, тебя взяли в плен.
Лукин расхохотался и кивнул в сторону Русланы.
- Она? Она скорее съест.
- Съем, - подтвердила Росохай, не поведя бровью, хотя весь этот
снисходительный тон уже порядком ей поднадоел. Впрочем, от добра
добра не ищут. Лишь бы работало на результат. – Так что там с моим
делом? На вашу-то помощь я могу рассчитывать?
Семен Гедеонович только руками развел.
В самые краткие сроки администратор клуба предоставил им информацию
ресепшионистки. Третья кабинка от входа на второй этаж с левой стороны
была забронирована на четыре человека по клубной VIP-карте, принадлежавшей некой Алине Соловьевой. Другой информации на данный
момент не имелось. Камер видеонаблюдения в местах проведения досуга
любителей эксклюзива также не было.
Вопросы охранникам только запутали дело. Сначала визитеров было трое, и прошли в зал они не через центральный вход, а через вход для «особых»
клиентов, которым не обязательно проходить фейсконтроль. Четвертого
забрали уже из зала на первом этаже.
Никаких конкретных имен не называлось.
- Потому что это правило, - ответил Семен на немой вопрос Росомахи. –
Нам известны только постоянные клиенты, проще говоря – те, кто бывают
на втором этаже. Но, разумеется, никакая информация не разглашается.
- Разумеется, - кивнула Руська. – И никакой возможности узнать, кем были
те двое гостей, конечно, нет?
- Конечно, нет. И, чтобы вам было понятнее, мы вообще никогда не
общаемся с журналистами. Мы их к себе даже стараемся не пропускать, если они где-то были засвечены.