- Ну, разве на Рождество… На Новый год меня сестра забирает.
Следующие полтора часа Егор чувствовал себя персонажем какого-то
фильма, виденного триста лет тому назад, – шлялся по полкам библиотеки
собственного мозга. Пытался понять, как это – когда «болит». Выбирал
между заводом и аэродромом. Выстраивал строчки статьи для следующего
выпуска электронной версии. Просто выпадал из действительности, вглядываясь в неровное полотно дороги.
В почти идеальной тишине, нарушаемой тихим, ровным урчанием
двигателя, уже на улицах Киева из мистического состояния его вывел
телефонный звонок. Егор бросил взгляд на экран. Руслана. Включил
громкую связь и сказал:
- Привет!
Ответ прозвучал сразу. Будто из пушки:
- Привет! Ты как? Куда пропал?
- А куда я пропал?
Замялась. Даже через трубку и километры слышно было, что замялась. А
потом, уже не из пушки, но тоже бодро она проговорила:
- Я подумала, вдруг друзья дядь Паши к тебе тоже в гости приходили, и
надо срочно мчаться к тебе с мазью от синяков.
- Спасибо за заботу. Пока занимаемся твоими, - усмехнулся Егор. – Ты в
порядке?
- Вроде… Ладно, извини, что пристала. Я просто… волновалась.
- Еще чем занималась?
- Убивала время.
- Успешно?
- Ну… Снесла со своего блога флэш-видео, бесило. Вообще, хочу дизайн
поменять.
- А я надеялся, ты его убила, - после долгой паузы сказал Егор.
- Убийца из меня так себе. Я больше пугаю, чем на самом деле…
- Жаль. Я бы хотел попасть в безвременье.
- Ты? В безвременье?
- Неважно, забудь… - Егор уныло смотрел на пробку, тащившуюся по
проспекту. – Ты что-то хотела?
- Нет, наверное, ничего… Все есть уже.
Лукин снова помолчал.
- Оk. Как лицо?
- Лучше. Голова уже не болит даже. Я думаю, будет прикольно, когда оно
позеленеет.
- Зато к волосам подойдет, - усмехнулся Егор. – Ладно, отдыхай. Без
особенной надобности из дома не ходи. И звони, если что.
- Лукин, мне двадцать восемь лет! – фыркнула Руська. – Ничего со мной не
случится.
- Мне пофиг, сколько тебе лет, - услышала она сердитый ответ. – Дома
сиди!
- Контролировать меня не надо! Хорошего вечера! – жизнерадостно
протявкала Росомаха и отключилась.
- Еще как надо, - буркнул под нос Лукин и на ближайшем перекрестке
повернул в сторону, противоположную дому, но зато по направлению к дому
Русланы.
Она открыла сразу, будто ждала под дверью. Казалась совсем не
прожорливым хищником, а обычной Руськой, разве что чуть более
растерянной, чем всегда. И не такой устрашающе разноцветной и опухшей, как пару дней назад – но даже почти оживающей. Волосы, собранные на
макушке в шиш, странно подпрыгнули – наверное, вместе с ее удивленно
подпрыгнувшими бровями. Футболка в большущие ромашки добавляла
деталей образу, сложившемуся в Лукинском сознании.
- Это откудова такого красивого дяденьку к нам замело? – неожиданно
хохотнула она.
- Мимо проходил, - ответил Егор и без церемоний зашел в квартиру.
- Котлеты закончились. Сегодня пицца. В холодильнике. Греть?
- Ресторанов в городе полно, - Лукин разулся, снял куртку, пристроив на
вешалку в прихожей, направился в комнату.
Руслана протопала следом и замерла на пороге. Склонив голову набок, она
наблюдала за его перемещениями по комнате. Когда остановился и он, спросила:
- Может, охрану мне наймем?
- Посмотрим на твое поведение.
- Я умею хорошо себя вести. Честное пионерское.
- Ты хоть знаешь, кто такие пионеры? – весело спросил Егор и посмотрел
ей в глаза, чем совершенно выбил почву у нее из-под ног. И Руська
вынуждена была сесть в кресло. Комната была небольшая, немного
захламленная, но при этом светлая, будто солнце с улицы, где снова
сгущались сумерки, перекочевало сюда. Диван яркий – небесно-голубой.
Совсем непрактичный. А кресла почему-то оранжевые, неподходящие.
Письменный стол, телевизор на стене и музыкальный центр под ним, шкаф
– как у обычных людей. Пальма в кадке посреди гостиной и причудливые
самодельные ловцы снов на окне с большущим подоконником, явно
используемым не по назначению, а чтобы на нем сидеть – не как у
обычных.
Руська ждала его больше суток.
Выбесил. Молчанием.
Явился. Продолжает бесить.
Какого черта ходит?
- Я знаю, кто такие пионеры, - резковато ответила она. – И кто такие
комсомольцы, и кто такие октябрята.
- Прям отличница, - буркнул Егор и подошел к креслу, в котором она сидела.
– Хочешь выгнать – выгони.