слово: весенний. Подожди хоть немного-то!
- Подожду. Я с другим. Есть варианты, где может быть Росохай?
В трубе зависли. Леша обиженно сопел, горько постанывал. Кровать
скрипела – то ли вставал, то ли обратно укладывался.
- Лукин, она не твой вариант, - наконец сообщил он. – Честно. Достанет за
неделю! Она даже меня бесит! Сегодня ваяем какую-то чушь про
оборотней, и я ищу реквизит, как ненормальный. Через два часа
перезванивает: едем в Карпаты, мольфаров ловить. Полный неадекват.
- Я знаю. Я спрашиваю, где она может быть. Проект никакой не
предлагала?
- Последний раз в Африку… Только не говори ничего. Сам знаю, что
лоханулся, надо было ехать!
- А этот… Гуржий, с которым она ездила… контакты есть?
- Номера нет, знаю, что на Андреевском жил раньше… Сейчас не в курсе.
Так а чего случилось-то? Если сильно надо, у нее батя при министерстве
каком-то… точно не помню, но могу узнать.
- Нет, отца не надо, - Лукин попрощался и отрубился.
Через полчаса был на Андреевском. Поднялся к кинотеатру, дернул дверь.
Та, к его удивлению, оказалась открытой. Внутри было тихо. Но тишина
такая себе – вполне жилая. Которая сразу дает понять, что в помещении
кто-то есть. В прихожей на полу стояли комнатные тапки. Из-под двери в
кухню-кофейню пробивалась полоска света. И только в кинозале
раздавался негромкий шорох.
Егор прошел внутрь.
- Эй, мы закрыты! – донеслось до него из-за яркого пледа, натянутого
чьими-то руками прямо перпендикулярно полу. Потом плед встряхнулся. И
его сложили пополам. Молодая кругленькая женщина взглянула на Лукина
и улыбнулась. – У нас ночные показы, а не утренние.
- Я в курсе, - усмехнулся Егор. – Доброе утро. Николая как найти?
- Вы модель? Он не раньше обеда сегодня раздуплится. Ночка выдалась…
- В смысле… ночка?
- Да ничего, помотаться пришлось… Теперь отдыхает, пока я тут
прибираюсь. Может, кофе хотите? Если Руська весь не выглушила… -
последнее незнакомка пробормотала себе под нос и явно не для Егора.
- Руслана здесь?
Женщина встрепенулась и теперь с куда большим интересом воззрилась
на Лукина.
- Вы Русин знакомый? – спросила она с улыбкой. – Простите, я просто
Колиных всех знаю. Потому и решила, что вы модель.
- Так она здесь?
- Да нет ее, ушла уже! – улыбка с губ сошла. – Вам не кажется, что пора
либо представиться и объяснить, зачем вы пришли, либо ненавязчиво
свалить?
- Я пришел поговорить с Николаем. Но нужна мне Руслана. Я ее знакомый,
- попытался «объяснить» Егор.
- А я – жена Коли. Лена Гуржий. А ваша Руслана сегодня прямо здесь
ночевала, в этой комнате. И Кольку моего дернула под ночь ее забирать!
Нужны детали – поднимитесь на этаж выше. Двадцать пятая квартира.
Если не задрых опять.... Извините, ключ я вам не дам. Либо ждите.
Лукин кивнул и вышел, через ступеньку поднялся на два пролета.
Позвонил, еще и еще. Но так и не дождавшись, когда Гуржий откроет, спустился обратно в кинотеатр.
- Задрых, - сказал он Лене.
- Тогда пересмотрим актуальность кофе? – подмигнула ему мадам Гуржий, выглянув теперь уже из кухни.
- Спасибо, - согласно кивнул Егор.
- Проходите.
Время тянулось безнадежно медленно. Казалось, должен пройти час, а
стрелки упрямо передвигались не больше, чем на пять минут вперед, не
считаясь с его нетерпением. Он стоял у окна, опираясь на подоконник, и
разглядывал недопитый кофе – все еще теплый, в подтверждение часам.
Снова думал о вчерашнем дне, словно в голове работал видеоплеер, поставленный на повтор эпизода.
Егор отчетливо помнил Руслану – не такую, как обычно. Одежда, лицо, глаза. Все было другим. Чужим? Растерянным? Он заметил не сразу и до
сих пор не понял. Или не желал понимать, оттягивая неизбежное. Она
подошла к нему, что-то говорила – совсем не то, что хотела. Он помнил
удар – неожиданно сильный, оглушивший на несколько решающих
мгновений и силой, и неожиданностью.
Это помешало ему догнать ее, заставить рассказать о причине, о том, что
случилось. Не могло не случиться. Уставший мозг строил догадки, что это
могло быть.
Сдерживая желание разгромить ни в чем не повинный кинотеатр, в
котором, как оказалось, она провела ночь – прячась от него, в этом Егор не
сомневался – Лукин долго и методично мыл чашку в ледяной воде. И мыл
бы еще дольше, если бы в кармане не раздалась мелодия входящего
звонка.
Он отставил чашку, закрыл кран, вытер руки о яркое веселое полотенце, висевшее рядом с мойкой, достал телефон. Движения его рук были