— Возможно, Тислвуд узнал о встрече от Тупа, но я в этом сомневаюсь. Я также считаю маловероятным, что Генри Остин был посвящен в тайную деятельность Престона. Дочь Престона, Энн, утверждает, мол, понятия не имела, что отец делал той ночью на Кровавом мосту, но она вполне могла солгать.
— И рассказать об этом капитану Уайету?
— Как вариант. Хотя думаю, более вероятно, что она наняла Диггори Флинна и послала того убить Престона.
У Тома отвисла челюсть.
— Вы думаете, что дочь кокнула собственного папашу?
— Она определенно попала в список подозреваемых, — признал Себастьян. — Но люди вроде Диггори Флинна приучены вынюхивать чужие секреты. Так что вполне возможно, что Флинн мог узнать о свидании, даже если работал на Приссу Маллиган или лорда Олифанта.
Себастьян снова перевел взгляд на площадь, где со Слоун-стрит вышла какая-то дама и свернула в переулок, ведущий к мосту. Она была одета в простую коричневую накидку и удобную шляпу, а её походка была уверенным, легким шагом человека, привыкшего отмерять мили по проселочным дорогам и полям. Дама склонила голову и казалась погруженной в свои мысли. Но когда она подняла глаза и увидела Себастьяна, то улыбнулась.
— Лорд Девлин, — поздоровалась Джейн Остин. — Не ожидала встретить вас снова.
Он двинулся к ней.
— Мисс Остин. Что привело вас сюда?
— Я стараюсь гулять каждое утро, либо к реке, либо через эти «Пять полей». Там есть маленькая деревенская часовня с прекрасным церковным двором. — Она кивнула в сторону колокольни, чья верхушка едва выглядывала из-за далекой рощицы. Затем взгляд мисс Остин упал на мост, и тень омрачила мелкие, правильные черты лица. — Энн очень любила здесь гулять. Но сомневаюсь, что она когда-нибудь захочет прийти сюда снова.
— А как поживает мисс Престон?
Вопрос был не таким уж праздным, как казалось.
— Откровенно говоря, ей становится дурно от страха, что вы собираетесь повесить капитана Уайета за убийство её отца.
— Я не верю, что капитан Уайет убил Стэнли Престона, — сказал Себастьян, разглядывая округлое лицо писательницы. Ему хотелось бы сказать то же самое и об Энн, но эту мысль он оставил при себе.
— Могу ли я ей это передать? — спросила мисс Остин.
— Конечно. Хотя я, конечно, не могу выступать от имени Боу-стрит.
— Кажется, Энн боится вас больше, чем властей.
— Да?
— Это вас удивляет? Моя кузина Элиза также опасается, что вы всё ещё можете подозревать Генри.
— Не думаю, что вашему брату есть о чем беспокоиться. Как сегодня себя чувствует миссис Остин?
Лицо Джейн омрачилось.
— Боюсь, это лишь вопрос времени.
— Мне очень жаль.
Она быстро заморгала и кивнула, тяжело сглотнув.
— Вы, случайно, не знаете человека по имени Диггори Флинн — несколько взъерошенный тип со странно перекошенным лицом?
— Нет, не думаю. А что? Вы считаете, он может быть причастен к тому, что здесь произошло?
— Вероятно.
Она склонила голову набок.
— Могу я спросить, почему вы изменили свое мнение о капитане Уайете?
— В основном потому, что убедился: он именно такой благородный и честный человек, каким кажется.
— Приятно слышать, — сказала она с мягкой улыбкой. — Энн заслуживает счастья.
— Будем надеяться, что так оно и будет, — ответил Себастьян, и в этот момент раздался звон колоколов далекой деревенской часовни.
Глава 51
Следующей остановкой Себастьяна была «Роза и Корона», где он обнаружил, что Киан О'Нил так и не вернулся на работу в конюшню.
Наконец Себастьян нашел бывшего конюха на огородах больницы Челси, где тот окучивал грядки с только что взошедшими овощами. При виде Себастьяна он замер, его руки сжались на рукоятке мотыги, а грудь вздрогнула от быстрого вздоха.
— Что вы от меня хотите?
— Мне нужно задать вам несколько вопросов, — сказал Себастьян, остановившись в нескольких футах от парня, который выглядел так, будто вот-вот убежит.
— Я уже сказал тому человеку, что ничего не видел. Ничего!
Себастьян изучал взволнованное, напряженное лицо юноши.
— Какому человеку?
— Фараону с Боу-стрит.
— Тому, что говорил с тобой раньше?
— Нет. Совсем другому.
— Он спрашивал о Даллахане?
Киан уставился на собеседника широко раскрытыми испуганными глазами.
— Вы ведь видели его, не так ли? — спросил Себастьян.
— Никто не может увидеть Даллахана и остаться в живых.
— Тогда, возможно, вы видели не Даллахана. Возможно, это был просто человек.