Тезис третий, дополняющий два первых: и тем не менее все семьи разные! Они отличаются друг от друга, хотя выполняют одну и ту же социальную и биологическую задачу, хотя имеют один и тот же принцип строения и «действия». Современные семьи могут быть: сложно устроенными и немного попроще, передовыми и старомодными, с привлекательным внешним видом и не вполне презентабельным и так далее. Это разнообразие, однако, сложено из весьма ограниченных по количеству с о ц и а л ь н ы х т и п о в — правда, внутри каждого типа се́мьи тоже могут быть неодинаковыми.
Я подвожу читателя к мысли о том, что семья Дудиных, привлекшая наше пристальное внимание, не является исключением, она типична для семей своей группы и при этом совершенно неповторима.
Вывод этот, мне кажется, вполне диалектичен. Он нужен нам для того, чтобы переключиться на некоторые принципы существования современной семьи, которые, хотя и будут в дальнейшем изложены на примере Дудиных, могут быть тем не менее читателем узнаны и приняты. Как, впрочем, узнаны и не приняты или не узнаны и приняты частично, — вариантов здесь предостаточно, они зависят от того, какого типа семью вы представляете.
Я же, никому эти принципы не навязывая, буду стремиться к единственному: дать заинтересованному читателю пищу для размышлений.
Достаток. Некоторое время назад Дудиным предложили трехкомнатную квартиру вместо нынешней двухкомнатной. Был семейный совет. Они подумали. И отказались. Вот чудаки, не правда ли? Но давайте вникнем в мотивы отказа, и мы получим, возможно, ключ к правильному пониманию этой семьи и того, что в ней происходит.
Во-первых, отцу будет дальше от работы и от любимой рыбалки, а он недавно перенес инфаркт, — довод, приведенный матерью и сыновьями; кстати сказать, сам отец об этом и не подумал. Во-вторых, за четырнадцать лет мать привыкла к дому, ко двору, к соседям, приноровилась к хозяйству, а для женщины это очень важно, — довод, приведенный тремя мужчинами, который, в свою очередь, не принимался во внимание матерью. В-третьих, детям придется уезжать от друзей, за долгие годы проверенных, на глазах выросших, а что «там» будет — неизвестно, какой смысл рисковать, — довод родителей, который детям мог бы показаться и несущественным. Наконец, общее решение: и тут хорошо, а от добра добра не ищут.
Что теперь скажет читатель? Конечно, Дудины «чудаки», если комфорт душевный предпочли комфорту материальному. Но не прими они своего «странного» решения, не будь они «чудаками», умей они легко и беззаботно жертвовать человеческими отношениями то ли во имя лишней комнаты, то ли во имя чего-нибудь еще, кто знает, получились бы у них прекрасные сыновья.
Бытие определяет сознание, — это, конечно, так. В любой другой ситуации мы признали бы квартиру немаловажным фактором семейного достатка, от которого зависит процесс воспитания детей. Но материальное и нравственное настолько переплелось у Дудиных, настолько перевязалось, что, говоря об их семейном достатке, мы должны подразумевать под ним не просто доход, выраженный в рублях или комнатах, а нечто большее: полноту всей жизни, которая складывается еще из взаимного уважения, из способности доставлять друг другу радость, из частого общения с друзьями и родственниками, из добрых отношений с соседями, я бы даже сказал — из ощущения своей независимости от материального.
Дудины были довольны жизнью — вот главное, что нам следует положить в основу правильного понимания этой семьи. Не было у них ни собственного автомобиля, ни загородной дачи, ни югославского гарнитура «Лувр», ни даже цветного телевизора, но на судьбу свою они тем не менее не жаловались. Не зря, вероятно, говорят, что людям живется хорошо или плохо в зависимости от того, что они сами по этому поводу думают. А наши герои совершенно искренне полагали, что велосипед и простая мебель, приобретенные на честно заработанные деньги, ничуть не хуже «Лувров», купленных в долг или, положим, на ворованное.
Александр еще учился в ПТУ, а трое приносили домой зарплату. Напомню: отец был слесарем-инструментальщиком, мать клеила на фабрике пакеты, Василий работал на стройке. В среднем они получали около пятисот рублей в месяц и довольствовались тем, что этих денег хватает на повседневные нужды. Что же касается нужд непредвиденных, то на них все равно не напасешься, так стоит ли переживать из-за того, что ежемесячно недостает какой-то суммы денег? Можно хвалить их за эту позицию, можно ругать, кому как вздумается, но факт остается фактом: семья всегда была в покое, чаще с хорошим настроением, чем с плохим, никому не завидовала, а лихорадка наживы или расточительство ее никогда не трепали.