- Да. Которого Ягыз отправил по твоей просьбе, - кивнула я.
Синан отвел взгляд. Я нахмурилась, что-то ускользнуло от моего внимания.
- Он может подсказать, как тебе выйти из этого контракта.
- Нет, - вырвалось у меня. Во взгляде Синана появилось замешательство. - Мне не нравится, - пояснила я, - но не хочу подводить столько людей, особенно, когда мы уже практически закончили. Тем более ваш отец дал вам всего неделю. Не хочу, чтобы из-за меня и у вас были проблемы.
- Папу этот проект уже не волнует. Он его закрыл.
- Что? Тогда… - я вскочила на ноги, окидывая взглядом свое алое платье: - Что всё это значит?!
- Это? А… - Синан откинулся на спинку дивана и чересчур театрально отсалютовал рукой. - Ягыз не согласился. Сказал, что завершит проект в любом случае.
Я нахмурилась. Ягыз говорил нечто подобное мне.
- И после этого он уедет в Америку? - я даже не поняла, что произнесла это вслух. Только заметила, как Синан снова напрягся:
- Почему ты так переживаешь, Хазан?
- А тебя совсем не волнует, что брат по неизвестной причине решил уехать на другой край мира?
- Вот именно! - Синан резко встал, его взгляд опять превратился в кинжал. - Это должно волновать меня, а не тебя. Я его брат! Брат! Ты для него никто!
- Но…
- Ты хоть знаешь, кем он считал тебя долгое время?
- Кем? - я не поверила, что Синан снова решил ранить моё сердце. Хватит! Он не может постоянно так делать! Не может бить такими словами снова и снова. Я сжала кулаки. Я чувствовала гнев, будто по венам текло только это чувство. - Шлюхой? А кто его в этом убедил? Ты! Ты убедил! Какое ты имеешь право теперь что-то мне говорить?! Какое?! Ненавижу тебя!
Слезы душили. Я отвернулась. Спряталась у ближайшего окна. Как же мне хотелось выйти из этой западни!
Подошел Синан. Вторгся в мое пространство, когда я мечтала, чтобы он ушел. Но Синан ничего не говорил. И совсем не двигался.
За окном было темно, ночь подкралась незаметно. Исподтишка. Она, как и этот дом, была чужой.
- Любовь - самая глупая вещь, что может произойти с человеком, - пробормотала я, когда прошла целая вечность.
Синан повернул голову в мою сторону. Я не смотрела на него, не могла. В душе появилось опустошение. Усталость.
- Не получается, да? - голос Синана был тихим. - Будто ты ушла, а я остался там. Помню тебя, но ты уже другая. И я не могу тебя понять. Не могу узнать за всем этим... - его взгляд пробежался по платью. - Какая ты настоящая?
Я не знала, что ответить. Мне вспомнилось, как мы с Ягызом играли в баскетбол. Это было настоящее. Я невольно улыбнулась. А ещё когда мы смотрели фотографии.
- Кто он для тебя, Хазан? - раздался внезапно вопрос.
Я растерялась. Синан не произнес имя, но…
- Не знаю…
В этой местности звезды светили ярче. В Стамбуле их практически не видно. Завораживающий черный атлас с россыпью бриллиантов. Я запрокинула голову, мечтая потеряться среди них.
Больше Синан ничего не говорил. Между нами поселилось молчание. Я поняла, что не чувствую злости или обиды. Во мне сидело опустошение. Ничего не было.
Щелчок открываемой двери, несмотря на ожидание, заставил вздрогнуть. Я посмотрела на Синана, сидящего у окна. Утренний свет делал его фигуру нечеткой. Он не шелохнулся. Я встала и снова посмотрела на него.
- Иди, - тихо произнес он.
Подобрав подол платья, я направилась к выходу. Уже в дверях заставила себя остановиться. Я чувствовала сожаление. Эта ночь забрала с собой часть меня, часть Синана, в которого я была влюблена. Я забыла палантин, но вернуться уже не могла.
- Прости, - сказало мое сердце.
Ягыз был прав, мы нуждались в этом разговоре. Но не всё подвластно воле Ягыза Эгемена.
Выйдя на улицу, я остановилась. И, наверное, если бы не искала взглядом, не заметила бы его. Ягыз стоял в стороне, прислонившись к стене дома. Будто устал. Одинокий. Он говорил, что его душа не поет, потому что одиночество стало привычным. Мне показалось, что сейчас он нуждался в ком-то даже сильнее, чем когда я заставила его оплакивать смерть отца у меня на плече.
Я не произнесла его имя вслух. Но он словно услышал. Посмотрел на меня. Сейчас бы я отдала всё, чтобы понять, какие мысли скрываются в этих необычных глазах.
Кто он для меня?..
Я взглянула на холодное осеннее небо. Оно было почти как его глаза…
Наверное, тот, с кем моя душа находит себя.