Так. Чертовски. Прекрасен.
Но в тот момент, когда его губы уже готовы были коснуться моих, откуда ни возьмись раздался вибрирующий звук, и Гейдж остановился, но он был так близок. Он был почти там, но вибрация всё разрушила. Затем он опустил взгляд и отстранился.
— Твой телефон звонит, Элиза, — пробормотал он.
Я быстро моргнула, отступив на шаг и вынырнув из своего оцепенения. Я забыла обо всём, кроме нас. Я быстро достала телефон из кармана платья и увидела на экране имя Бена.
— Алло?
— Лиза, ты где? — спросил Бен.
— Я на улице... с Гейджем, — сказала я, мельком взглянув на него. Гейдж выдавил улыбку.
— О-о-о, — пропел Бен. — Надеюсь, вы веселитесь. Я просто хотел проведать тебя. Заходил в автобус, а тебя там нет. Я знал, что тебя нет в клубе. — Он рассмеялся, поддразнивая меня.
— Ха-ха-ха, — саркастически сказала я, сдерживая улыбку.
— Ну, хорошо повеселитесь. Я сегодня зависну с парой друзей, так что не жди меня. Обнимаю и целую.
Бен повесил трубку, и я сунула телефон обратно в карман платья, прежде чем медленно повернуться к Гейджа. Затем отступила на шаг, и он окинул меня взглядом, смущённый дистанцией, которой я позволила возникнуть между нами. Он повернул голову, тяжело дыша. Его черты лица стали раздражёнными, недовольными. Скула его дёрнулась, а хватка на ковбойской шляпе стала крепче.
— Может, уберёмся отсюда? — спросил он, снова выдавив улыбку, когда наконец посмотрел мне в глаза.
— Да, — выдохнула я, подходя к нему ближе.
Его глаза смягчились, и обратный путь к амбару был быстрее, но только потому, что Гейдж шёл вперёд ускоренным шагом. По пути он позвонил Стэну и велел ему приехать за нами. Мы прождали в амбаре всего десять минут, молча наблюдая, как люди танцевали кантри, прежде чем Гейдж проверил телефон и затем сказал мне, чтобы я шла.
Обратная поездка в автобус была хуже. В десять раз хуже.
Если бы у Стэна не играл джаз, поездка омрачилась бы мёртвой тишиной и стала слишком неловкой. Ночь заканчивалась неправильно, но мне было всё равно, потому что это оказалось слишком близко. Я слишком приблизилась к Гейджу.
Стэн подъехал к автобусу, и я быстро вылезла. Гейдж тоже вышел, но прежде, чем захлопнуть за собой дверцу, он велел Стэну подождать. Один из охранников выпрыгнул из одного из трейлеров позади автобуса со связкой ключей в руке. Он открыл дверь, кивнул мне и поспешил обратно.
Я помчалась в свою комнату, захлопнув за собой дверь. Сбросила сапоги, платье, расплела хвостики и натянула пижамные шорты и топ.
С другой стороны двери послышался звук застёгиваемой молнии, и Гейдж пару раз что-то сказал. Было слишком тихо, и это начало меня раздражать.
Я распахнула свою дверь, чтобы выглянуть, и наморщила лоб, когда Гейдж брызнул одеколоном на свежую одежду. Я ожидала пижаму, но вместо этого он переоделся в чёрные джинсы, обтягивающую синюю футболку и свои обычные кеды Converse.
— Ты куда? — спросила я.
— Гулять, — ответил он, не глядя на меня.
— Снова?
Он посмотрел на меня, сжав челюсть.
— А что не так?
— Нет, я просто подумала, ты устал или что-то... — я замолчала, когда он пнул свой чемодан под койку, вызвав громкий скрежет по полу, который заглушил мой голос.
— «9 Грешников» никогда не спят, Элли, — сказал он, проходя мимо меня. — Мы делаем, что, чёрт возьми, захотим. Запомни это. А теперь извини. Мне нужно кое с кем встретиться.
Он продолжил путь по коридору, и уже через секунду дверь захлопнулась за ним. Я тоже захлопнула свою дверь, ненавидя себя за то, что вообще спросила.
Какого чёрта с ним не так? Он что, злится, что мы не поцеловались? Если честно, я была рада этому. Я была рада, что нас прервали, потому что, поцелуй я его, между нами возникли бы чувства, а мне не нужны никакие чувства. Я не могла себе их позволить. Чувства и эмоции — отстой, и я не собиралась позволять им овладеть мной из-за него.
Я плюхнулась на кровать, натянула на себя одеяло и выключила лампу. Я хотела спать, но всё ворочалась, думая о том, как весело мы танцевали в амбаре, и даже о том, как мы почти поцеловались... а затем, он ушёл, скорее всего, в клуб — скорее всего, целоваться с какой-нибудь другой девчонкой или, может, встречаться с Пенелопой. Как она, чёрт возьми, вообще тут оказалась?
Меня бесило, как я разнервничалась, но, казалось, не могла отпустить это. И единственная причина, по которой я не отпускала, была в том, что его действия — моя вина. Он стал таким молчаливым и умчался прочь от меня, словно я была заразной. Ему вообще не следовало расстраиваться. Он же Гейдж Грендель. Его девиз: «Мне плевать», ещё со старшей школы. Что для него значил один мой поцелуй? Я уверена, что ровным счётом ничего.