— То есть, другими словами, он привозит тебя только тогда, когда сам захочет? — спросила я.
— Иногда мы договариваемся, — сказала она.
Какая же она ветреная. А я-то думала, что безумными бывают только блондинки вроде меня.
— М-м, — пробормотала я, поворачиваясь. Я пошла по коридору, слыша еще больше «перестань, Гейдж» и «ой, Боже мой» от Пенелопы. Когда я вошла в спальню, стало так тихо, что я не могла понять, чем они там вообще занимались. Послышалось шарканье, спотыкание и бормотание. Да с какой стати я вообще подслушивала?
Но затем Пенелопа начала стонать, и я съежилась, поставив миску на тумбочку, чтобы заткнуть уши. Я принялась шарить в чемодане в поисках наушников iPod и испытала невероятное облегчение, услышав Хейли Уильямс из «Paramore» вместо звуков их секса.
Кажется, я не могла испытывать к Гейджу большего отвращения.
Мне нужно было выбраться из автобуса. Пойти куда-нибудь, чтобы изгнать из головы то, что я увидела и услышала тем утром. У меня не было права расстраиваться, но казалось, будто он тыкал мне этим в лицо. Какой в этом смысл? Он все еще злился из-за того жалкого поцелуя, в котором я ему отказала? Я была так раздосадована, что даже не соображала. Когда собралась спланировать небольшое приключение, Гейдж и Пенелопа уже ушли, и я была рада. Не хотела его видеть.
Кто бы мог подумать, что кто-то способен быть таким неуважительным? И насколько же глупа она была, чтобы спать с ним, когда рядом люди? Из-за таких беспечных шлюх, как она, рокеры и топтали всех девчонок, которые встречались на их пути.
Автобус стоял на парковке, но вокруг были деревья, деревья и еще раз деревья. Я поплелась вперед, зажав под мышкой альбом для набросков, и пошла прямо через лес. Несколько комаров и мошек жужжали у моей головы. Где-то поблизости должен был быть источник воды, и я хотела его найти. Я шла дальше, надеясь наткнуться на какую-нибудь умиротворяющую картину. Мне просто хотелось позволить природе поглотить себя, помочь забыть и жить дальше.
И нашла.
Посреди множества огромных валунов и нависающих, дающих тень деревьев виднелось озеро. День был теплым, на мне красовались солнечные очки, джинсовые шорты и оранжевый топ. Было приятно ступить в тень деревьев. Трава оказалась мягче, чем я ожидала, поэтому я села и положила альбом перед собой.
Я не хотела рисовать сразу. Просто хотела впитать все это. Ветерок казался приятным. В тени было не слишком жарко. Вообще-то, просто идеально. Наконец я решила начать. Достала карандаш из белой атласной сумочки, которую Бен купил мне некоторое время назад, и открыла альбом на чистой странице. Сначала я нарисовала озеро, а затем все, что его окружало. Я нарисовала птиц, сидящих на ветвях деревьев и даже на вершинах валунов, разнообразные цветы, пробивающиеся у кромки воды. Не знала почему, но вид одной из пролетавших серых птиц напомнил мне о том, что я сказала Гейджу прошлой ночью.
Одинокая птичка.
Это определенно про меня, и мне было наплевать. Я предпочла бы быть одинокой и счастливой, чем находиться в несчастливых отношениях. Тот самый мужчина обязательно найдется. Я не спешила быть найденной или даже представленной кому-то. Мне просто нужно было дождаться подходящего момента, а этот момент наступит после того, как я начну карьеру и построю настоящую жизнь для себя.
Грустно это говорить, но у меня никогда не было отношений. Я никогда не целовала парня и даже не держалась ни с кем за руку. Ближе всего к этому я оказалась с Гейджем в клубе в первую ночь тура, а затем после танцев, когда мы почти поцеловались. Я даже не знала, почему позволила именно ему из всех людей подойти так близко.
Я покачала головой. Я казалась сумасшедшей, черт возьми, но у меня было на это право. Я не могла позволить кому-то просто войти в мою жизнь и попытаться украсть мое сердце. Они должны были заслужить его. У меня имелись завышенные ожидания, и, возможно, это потому, что моя мама опустилась так низко, а я никогда не хотела быть похожей на нее.
Никогда.
А может, все дело было в книгах, которые я читала. Я читала так много, что слова имели для меня огромное значение, почти такое же, как искусство. Слова поглощали меня, пока глаза не начинали косить от чтения. К тому же, найти нового книжного бойфренда, чтобы влюбиться, всегда было лучше, чем найти парня в реальной жизни, соответствующего моим ожиданиям. Это что-то ментальное, что могли понять лишь немногие.
Мои завышенные ожидания были, вероятно, главной причиной, почему я все еще одна. Бен всегда говорил, что это хорошо, но иногда мне казалось, что это не так. Иногда я чувствовала потребность перестать быть заносчивой, привередливой занудой и хоть раз уступить кому-нибудь. Но этот кто-то должен был быть хотя бы наполовину достойным. Мне не нужен парень для одной ночи. А кто-то, кто вложится больше, если я вообще решусь попробовать отношения.