Когда он притянул меня за талию, я ахнула. Он оказался между моих ног, его тело было теплым напротив моего; его грудь прижалась к моему животу, его губы коснулись ключицы. Он поцеловал ниже ключицы, и я содрогнулась, впиваясь ногтями в его кожу.
— Ненавижу, как хорошо ты ощущаешься… но я, кажется, никогда не могу перестать тебя трогать. Какого черта ты ощущаешься так хорошо? — прохрипел он, целуя меня в шею.
Я улыбнулась. Как именно я должна была ответить на этот вопрос? Моя голова откинулась назад, пока он продолжал целовать. Он расстегнул мою рубашку, а затем провел рукой вверх по ноге, чтобы проникнуть под юбку. И улыбнулся, приближаясь к жару между моих ног, а я всхлипнула, когда он скользнул мимо, чтобы погладить другую ногу. Он был таким чертовским дразнилкой и знал это, потому что глубоко рассмеялся.
— Да, — усмехнулся он. — Тебе не все равно, это уж точно. — Его заявление раздражало меня, но в то же время возбуждало.
Наконец, он освободил меня от рубашки и бросил ее рядом. Я провела ладонями по его груди, прежде чем просунуть их под его футболку. Он быстро посмотрел вниз, а затем в мои глаза. Его взгляд стал более напряженным, чем прежде. Он облизал губы, и я вздохнула, желая их на своих.
Притянув его к себе, я обхватила его за шею, вплетая пальцы в его шелковистые волосы, и поцеловала глубоко. Он застонал, схватив мою юбку и расстегнув ее. Я подвинулась, чтобы он смог стянуть ее, и услышала, как она упала на пол. Он снова застонал, пробуя кожу на моей шее. Его рука все еще держала меня за шею, и мурашки побежали по всему позвоночнику. Целоваться было недостаточно. Мне нужно больше. Я сидела перед ним полуобнаженная, жаждая больше его прикосновений, но он уже давал мне все. Он не мог целовать меня глубже. Его руки скользили повсюду. Он пробовал каждую часть моего тела.
Его губы спустились по моей груди, и он освободил один из сосков. Я вздрогнула, когда он принялся сосать его, притягивая меня ближе, чтобы оказаться между моих ног с глубоким стоном. Его член упирался в мой живот, заставляя меня стонать еще сильнее. Его голова переместилась к другому соску, и он медленно сосал его, яростно, но нежно лизал и снова стонал.
Мои пальцы запутались в его волосах, дыхание постоянно сбивалось. Я пыталась держать себя в руках, но его язык творил со мной чудеса. Наконец я решила, что с меня хватит. Я оттолкнула его за плечи и стянула с него футболку. Мои ладони прижались к его твердой, татуированной груди и скользнули вниз, пока не оказались у пуговицы его джинсов.
Я быстро взглянула ему в глаза, а он смотрел на меня, его глаза были затуманенными и полными желания, но слегка обеспокоенными. Я проигнорировала беспокойство и последовала за желанием. Расстегнула его джинсы, а затем спрыгнула со стиральной машины, чтобы стянуть их. Он втянул воздух сквозь стиснутые зубы, когда я спустила джинсы, а затем просунула руки под его боксеры. Его плоть была мягкой, и при первом прикосновении все его тело напряглось. Я начала отстраняться, но он покачал головой.
— Не останавливайся, — прошептал он, притягивая меня к себе, его дыхание коснулось моих губ. — Не останавливайся. Это приятно. — Его лоб коснулся моего, и я кивнула, продолжая движения.
Он приподнял мой подбородок указательным пальцем, его губы были всего в миллиметре от моих. Он тяжело дышал, глядя мне в глаза, пока я продолжала ласкать его. Я никогда раньше этого не исполняла, так что не знала, что, черт возьми, делала, но ему это нравилось, так что я продолжала. Из-за его стиснутых зубов вырвалось легкое ругательство, его губы были очень близко. Он снова выругался, и я больше не могла терпеть. Я прижалась губами к его, но не прекратила движения рукой.
Он был толще, чем я представляла. И длиннее, и я знала, что то, что было у меня в руках, могло принести женщине только удовлетворение.
Я простонала в его рот, и он обхватил мое лицо, углубив поцелуй. Его дыхание участилось, а между моих ног нарастала более сильная, тугая боль. Я хотела, чтобы он был там. Я хотела, чтобы то, что было у меня в руках, уже находилось внутри меня.
— Гейдж, — прошептала я.
— Элиза, пожалуйста, не останавливайся. Я так близко, — прошептал он мне, отчего у меня закрутило живот. Я сглотнула. Не хотела останавливаться, и, со странной точки зрения, мне нравилось видеть его таким. Мне нравилось, что я доставляла ему удовольствие — что я контролировала, будет ли он удовлетворен или нет.
Гейдж развернулся, и моя спина ударилась о стену. Его грудь плотно прижалась к моей, и он снова поцеловал меня, пока я скользила рукой вверх и вниз по его гладкой твердости. Он пульсировал в моих ладонях и стонал, глубоко погружая язык в мой рот. Его наслаждение горело и передавалось мне. Он прохрипел что-то в мои губы, прежде чем оторваться и опустить голову, чтобы поцеловать мою шею. Он прошипел мое имя, напрягаясь еще сильнее, и я поняла, что он близко.