Черт возьми, мне конкретно не повезло с этим клубом!
Глава 4
Танец вдвоем
Мне было мучительно неловко.
Даже мой водитель потрясен моим нарядом. Переход от блузки и узких джинсов к облегающему серебристому платью-халтеру, заканчивающемуся на середине бедра и демонстрирующему все до последнего сантиметра ног, явно шокировал его — черт, это шокировало даже меня! Сплошное унижение.
Мне отчаянно хотелось затаиться в примерочной. Если бы не погасший свет и предупреждение, что двери закроют через десять минут, я, вероятно, сидела бы там до сих пор. Не будь я трусихой, напуганной тем, как темно и тихо вокруг, я бы все равно осталась. Но я готова была поклясться, что в какой-то момент услышала лязг цепей. Мне пришлось выбираться из примерочной, пока не появился убийца и не задушил меня. Наверное, клуб был местом получше и побезопаснее, чем возможная сцена преступления… возможно.
Одной рукой натягивая платье, а другой сжимая ручку двери машины, я вздохнула и тяжело дышала носом. Я не была уверена, что меня ждет, но по гулу музыки и длинной очереди у входа я понимала: стоило ожидать того, что всегда видела по телевизору и в кино… если не хуже.
— Во сколько мне вернуться? — спросил Марко, мой водитель, прежде чем я успела захлопнуть дверь. Его глаза скользнули по моей спине, и я нахмурилась, когда он встретился со мной взглядом.
— Не надо, — пробормотала я, захлопнув дверь у него перед носом. Я никогда в жизни не носила ничего настолько откровенного. В любой день я предпочла бы свою футболку и свободные джинсы этой демонстрации кожи.
Музыка гремела, пока я ковыляла вперед на своих шестидюймовых каблуках. Наконец до меня дошло, что платье не собиралось обнажать мою задницу, и я перестала его дергать, пересекая дорогу. Затем назвала вышибале у входа, кто я и с кем пришла, и после того, как он проверил свой планшет и кивнул, я оказалась внутри клуба.
Световые лучи танцевали по ночной сцене. Несколько женщин носили светящиеся ожерелья и держали в руках расплескивающиеся напитки. Музыка была громкой и запоминающейся — такая, какую я, скорее всего, слушала бы в дни быстрых зарисовок. Пока не так уж плохо… по крайней мере, пока.
Я заметила Монтану у бара и устремилась к нему. Пробиться сквозь толпу было сражением. Повсюду люди двигались, виляли бедрами и извивались. Мой мозг отказывался понимать, как можно так много двигаться в таком быстром темпе. Монтана стоял, наклонившись над стойкой, когда я приблизилась. Барменша хихикала перед ним, протягивая ему пиво. Он сунул чаевые ей в декольте, она облизала губы, ухмыльнулась и подмигнула, прежде чем он повернулся.
— Монтана! — крикнула я ему вслед, пока он не ушел. Он оглянулся, прищурился, а затем заметил меня. И замер на месте, оглядывая меня с ног до головы, от чего я почувствовала себя еще более неловко.
— Привет, — выдохнула я, подойдя к нему.
— Черт возьми, Элиза. Ты только посмотри на себя, — сказал он, все еще изучая меня взглядом.
Я поежилась, но подняла подбородок.
— Я ищу VIP-зону. Только что пришла и хотела бы присесть. Ноги отваливаются.
Он рассмеялся, глядя на мои каблуки.
— Понимаю. Пойдем. — Закинув руку мне на плечи, он развернулся и повел меня через толпу.
— Боже мой, это же Монтана Делрей! — взвизгнула одна девушка подруге. Я посмотрела наверх, и Монтана подмигнул, но не остановился, чтобы поговорить.
— Должно быть, это приятно — чувствовать себя важной персоной, — прокричала я сквозь музыку.
— Не-а. — Он пожал плечами, когда мы приблизились к двойным стеклянным дверям. — Это уже не так волнует, как раньше.
Я кивнула, будто понимала, и он потянул за серебристую ручку, чтобы распахнуть дверь. VIP-комната была шикарной. Вдоль стен стояли белые кожаные диваны, посередине — стол, уже уставленный напитками, а та же музыка, что играла на танцполе, лилась из отдельных колонок.
— Добро пожаловать в VIP-зону, — сказал Монтана. Он снова взялся за ручку и шагнул назад. — Угощайся напитками. А мне пора развлекаться.
Я смотрела, как он уходил, а затем обернулась. Внутри никого не было, кроме Дида П. и девушки, сидевшей у него на коленях. Не знаю, почему беспокоилась о местонахождении Гейджа, но я надеялась увидеть его — просто полюбоваться им издалека.
Музыка стала громче позади меня, когда я сделала шаг вперед. Легкий ветерок коснулся моих обнаженных ног, а теплая ладонь прижалась к моей пояснице, и тогда я поняла, почему стало так громко.